Привет от Чаадаева

В 50–80-е годы у КГБ был инструмент, которого у ФСБ нет и в

помине. «Допровская корзинка» была у КГБ, универсальная 70-я

статья, наследница 58-й. Вернее, 58-ю поделили на 70-ю

(«Антисоветская агитация и пропаганда в целях подрыва и

ослабления строя», часть I – 7 лет лагерей и 5 лет ссылки,

II часть, рецидив или группа, – уже 10 и 5) и, что полегче и

попроще, 1901 («Клевета на советский общественный строй»).

Чем одно от другого отличалось, следователи КГБ знали

нечетко.

«За Венгрию» в 1956 году, то есть за сочувствие ей, шли те

пункты из 58-й статьи, которые потом отпишут в 70-ю. А

«семерке» с Красной площади в 1968 году за сочувствие

Чехословакии давали сроки и ссылку по 1901. Все зависело от

вкуса следователей и от степени раздражения КГБ против

очередного «клиента».

Постепенно возник прейскурант по прецедентам, и как КГБ, так

и диссиденты были в курсе расценок. За книги Зиновьева

(«Зияющие высоты»), Аксенова («Ожог» и «Остров Крым»),

Оруэлла («1984» и «Скотский хутор»), за «Архипелаг»

Солженицына давали 70-ю. За «Новый класс» Джиласа, «В круге

первом» и пьесы Солженицына, за «Номенклатуру» Восленского

давали 1901. За Булгакова, Евангелие, Библию и «Реквием»

Ахматовой не давали ничего. Только конфисковывали на

обысках. Участие в Хельсинкской группе, работа в

солженицынском Русском фонде, связь с НТС – это котировалось

по 70-й, а за «Хронику» могли дать и 1901.

И весь этот стройный порядок разрушили Ельцин, Август и

Съезд народных депутатов – уже в виде Верховного Совета РФ.

70-ю и 1901 отменили, диссидентов «реабилитировали» (так же

тупо и лживо, как после XX съезда), выплатили жалкую

компенсацию, облегчили коммунальные платежи и назначили

бесплатный проезд в городском транспорте. И жили долго и

счастливо – до 1995 года.

А тогда впервые встал вопрос: что делать с демократами,

которые выступят против чеченской войны, как когда-то

выступили против экспедиций в Прагу и Будапешт? А ведь

раздражение генералов отчаянной антивоенной пропагандой и

нелестными эпитетами в адрес Ельцина было таково, что один

политический процесс в 1995–1997 годах был-таки начат

(правда, здесь и Ельцин прикрикнул, и времена еще были

«детские»). Дело закончилось оправданием «за отсутствием

состава». (Как всегда, не в зале суда, а в Генпрокуратуре.)

И тогда творческий гений Лубянки впервые додумался заменить

70-ю и 1901 статьей 282 о разжигании межнациональной и

межрелигиозной розни. А еще к ней добавили «социальную»

рознь – применительно к практике осуждения России за ее

внешнюю и внутреннюю политику, ведь таковое осуждение

предполагает неверие в правоту и совершенство народа. Когда-

то сбившийся с пути математик и антикоммунист Шафаревич

написал эссе «Русофобия», обвинив во всех бедах России один

злокозненный «малый народ». И вот статья 282 в 1995 году

впервые была применена в этом ключе. Русофобия – как критика

собственного народа. Привет вам от Лермонтова, Некрасова,

Чаадаева и Достоевского.

Впрочем, в 1996 году тот давешний прокурор сказал, что «с

Достоевским мы тоже разберемся». Художники слегка подшутили

над христианской проблематикой – и организаторы выставки в

Сахаровском центре Юрий Самодуров и его сотрудница уже были

приговорены к крупному штрафу по этой же дежурной 282-й,

хотя никто не понял, где та вторая сторона, которая должна

была межрелигиозно возненавидеть христианство вообще и

православие в частности. Ни мусульмане, ни иудеи, ни

буддисты в окрестностях не наблюдались.

Сейчас, кажется, наступает юридический шок. Как в случае с

найденными у Ходорковского двумя лимонами. Не было в ларьке,

не было в передаче или посылке – значит, лимоны нелегальные,

а по правилам сегодняшнего ГУЛАГа (хотя таких норм в законах

нет) менять или брать в подарок от соседа по бараку ничего

нельзя. И угощать нельзя. Такого не было ни при Сталине, ни

при Андропове. И вот получает Ходорковский по 5 суток

карцера за каждый лимон, итого 10 суток. Шоковая терапия от

либеральной рыночной экономики.

И у нас на руках два процесса за «русофобию». С турецким

уклоном. Почему с турецким? Потому что недавно Турция и

Евросоюз опять выясняли отношения по поводу вступления

Турции в этот престижный клуб. Оказывается, в уголовном

кодексе Турции есть статья об оскорблении турецкого народа и

турецкой государственности. Это как, спрашивают в ЕС? Не

должно быть такой статьи. Ведь страховать надо национальные

меньшинства от нацбольшинства, а не наоборот, большинство в

страховке и так не нуждается. Ясное дело, власти страхуют

себя от диссидентов, готовых признать армянский геноцид и

оскорбить турецкое отечество. Нехорошо-с. С этим не примут.

В России за это приговорили к условному сроку нижегородского

журналиста и правозащитника Стаса Дмитриевского, создавшего

Общество российско-чеченской дружбы и опубликовавшего в

бюллетене интервью Аслана Масхадова. Меньше года назад

приговорили. Мало любил Россию убитый чеченский президент.

Прямо скажем, не за что было. А Стас Дмитриевский эту

нелюбовь опубликовал. И только душераздирающие вопли всех

международных организаций, заступничество западных лидеров и

десант из самых известных правозащитников избавили Стаса от

вполне реальной тюрьмы за недостаточный патриотизм.

А сейчас в Новосибирске судят Тараса Зеленяка, сына

академика, этнического украинца, отказавшегося от

российского гражданства в те дни, когда Путин и Кo

навязывали Украине Януковича. Все преступление Тараса

заключалось в том, что он заходил во время киевских событий

на оранжевые сайты под «ником», бранил Россию, сочувствовал

украинцам, а русских всячески ругал и называл «москалями» и

«кацапами». Следствие даже не установило, что «москаль» и

«кацап» – не оскорбления, а термины. Так называли жителей

центральной России в XVII – XVIII вв. А самое интересное –

это то, что донес на Тараса в ФСБ собственный провайдер. Да,

во Всемирной паутине нас уже стерегут жирные пауки.

В Москве же судят Бориса Стомахина, который в самиздатовских

брошюрках ругал Россию и свой (поскольку Стомахин русский)

собственный народ за геноцид чеченского. (Надо было, видимо,

похвалить.) Обвинительное заключение по делу – шедевр

лубянского зодчества. Здесь и то, что Стомахин «не разделял

общепринятых взглядов», и его намерение «лично противостоять

организационной структуре общества» и «ориентация жителей на

выражение крайностей разворачивающихся политических

процессов», и «создание конфликтов между гражданами,

проживающими в евроазиатской части страны, и народом,

проживающим в ее кавказской части».

Бориса Стомахина обвиняют во всем подряд, подверстывая «под

статью» и нелюбовь к президенту, и неуважение к армии, к

«читателям газеты “Завтра”», к «членам КПРФ». Много

претензий накопилось у «бывших» к демократии с 1991 года.

Сейчас все пошло в ход.

Статьи Стомахина по форме только для «Искры» бы и подходили,

но это его проблема. А вот такое литературное творчество

следователей – это уже проблема наша. Нас хотят заставить

любить Родину громко, фальшиво и публично.

Валерия Новодворская

19.11.2006

Статья опубликована в журнале "Новое Время", №46 от 19 ноября 2006

Постоянный URL статьи http://www.newtimes.ru/novodvor.asp?n=3158

П

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:

• Демократия.Ру: Сергей Ковалев: «Судебная система с вожделением вернулась в привычное стойло»

• Демократия.Ру: Кабанов К., Сатаров Г., Спецоперация «РОССИЯ-2»

• Демократия.Ру: Латынина Ю., Настоящие силовики - это бандиты. И важнейшие решения не президент принимает

• Демократия.Ру: ВЦИОМ: 56 процентов россиян недовольны спецслужбами

• Демократия.Ру: Гольц А., Откуда оппозиция берется

• Демократия.Ру: Городецкая Н., Народу написано

• Демократия.Ру: Отто Лацис, Что осталось от стратегии

• Демократия.Ру: Лю Ю., Слушали, слушают и будут слушать

• Демократия.Ру: Панюшкин В., Контролировать всё!

• Демократия.Ру: Кынев А., Зачистка от демократии