Демократия.Ру




Уничтожить бюрократию стало теперь невозможно, ибо уничтожение ее придется поручить тем же самым бюрократам. Но, даже уничтожив старую бюрократию, они тут же породят новую, еще более прожорливую, более выносливую и живучую. Граф Потемкин


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
Демократия
Кому нужны законы
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


28.07.2016, четверг. Московское время 00:05

Пропорциональная система противоречит демократии

Карл Поппер

Карл Поппер (Karl Popper) (1902-1994) — один из выдающихся философов двадцатого столетия. Родился в Вене, затем жил в Лондоне, где в 1949-1969 преподавал логику. Эту статью он написал в августе 1987 для немецкого еженедельника «Der Spiegel» и итальянской газеты «La Stampa».

Проблема демократии

Центром моего интереса является природа, наука и, в частности, космология. С тех пор, как в июле 1919 я порвал с марксизмом, я заинтересовался политикой и ее теорией — как гражданин и как демократ. Однако установление в некоторых странах в 20-е и в начале 30-х годов жестких тоталитарных режимов, правых или левых, и приход к власти Гитлера в Германии заставили меня серьезно задуматься о природе демократии.

И хотя в моей книге «Открытое общество и его враги» нет ни одного слова о Гитлере и нацизме, она была воспринята как мой вклад в войну против Гитлера. Эта книга посвящена теории демократии и защите демократии от старых и новых ее врагов. Впервые она была опубликована в 1945 и затем множество раз переиздавалась. Ее основной характеристикой, как мне кажется, является тот факт, что лишь немногие сумели ее правильно понять.

Как всем известно, демократия означает народное правление или власть народа в отличие от аристократии (правление знати) и монархии (правление одного человека). Однако это буквальное значение уже мало что объясняет, поскольку народ как таковой нигде не правит. Повсюду правят правительства, а также, к сожалению, бюрократия — иными словами, функционеры, никогда не несущие никакой ответственности или делающие это крайне редко.

Кроме того, хотя Великобритания, Дания, Норвегия и Швеция являются монархиями, одновременно они являются образцовыми демократиями (за исключением, пожалуй, Швеции, где бюрократия приобрела в настоящий момент почти диктаторскую власть). Напротив, Восточная Германия, называющая себя демократией, не имеет ничего общего с этой моделью.

Две формы государства

Так что же является основой демократии? De facto существуют лишь две формы государственного устройства: та, при которой возможна бескровная смена правительства посредством проведения выборов, и та, где это невозможно. Обычно первая форма зовется демократией, а вторая — диктатурой или тиранией. И не нужно при этом играть словами (как в случае Германской Демократической Республики). Критерием является возможность бескровного свержения правительства.

Единственный способ свержения правительства — голосование

Существуют различные методы свержения правительства. Лучшим являются выборы: новые выборы или голосование в свободно избранном парламенте. Вот основа.

Поэтому в принципе некорректен вопрос: кто должен править? Народ (плебс) или лучшие? «Хорошие» рабочие или «плохие» капиталисты, как их противопоставляли от эпохи Платона до эпохи Маркса и позднее? Большинство или меньшинство? Левые, правые или центристы? Все эти вопросы некорректны. Поскольку там, где возможна бескровная смена правительства, уже не имеет значения, кто правит. Любое правительство, знающее, что в любой момент оно может быть смещено, стремится понравиться избирателям. Однако эта тенденция отсутствует там, где смена правительства затруднена.

Черчилль

Для того чтобы продемонстрировать, насколько эта теория демократии важна на практике, я хотел бы применить ее к проблеме пропорциональных выборов. Если я критикую здесь форму голосования, установленную немецкой конституцией, то лишь для того, чтобы начать дебаты по проблеме, которая, насколько я знаю, почти не обсуждается. Конституция не должна меняться по любому поводу в любую секунду, но критическая дискуссия с целью лучшего понимания ее содержания ей не помешает. В большинстве западноевропейских демократий действующая система выборов отличается от избирательных систем Великобритании и США, в основе которых лежит идея местного представительства. В Великобритании каждый избирательный округ посылает в парламент одного представителя: того, кто получил большинство голосов, независимо от его партийной принадлежности. Он должен представлять интересы жителей избравшего его округа, независимо от их партийной принадлежности. Конечно, партии продолжают существовать и играют важную роль в формировании правительства, однако когда депутат от избирательного округа видит, что в интересах своего округа или даже всего народа ему необходимо проголосовать против своей партии или даже выйти из ее рядов, он должен это сделать. Один из величайших государственных деятелей нашего века Уинстон Черчилль дважды менял партию и никогда не был послушным партийным активистом.

Роль партий

В континентальной Европе ситуация совершенно иная. При пропорциональной системе каждая партия посылает в парламент определенное число своих представителей, которые обязаны самым преданным образом отрабатывать полученные голоса. Для этого роль партий признается Конституцией, и право на их создание считается одним из фундаментальных прав. Депутат избирается как представитель той или иной партии. Ему не разрешается голосовать против своей партии. Он с ней морально связан, поскольку был избран лишь как представитель этой партии (в случае его ухода в оппозицию его моральным долгом считается подать в отставку, даже если конституция его к этому не обязывает).

Конечно же, я осознаю необходимость существования партий. До сих пор никому не удалось создать демократическую систему, способную обойтись вовсе без партий. Политические партии являются не самым «приятным» феноменом. Вместе с тем, без них политическая жизнь останавливается: наши демократии являются не народными, а партийными демократиями, иными словами, правлением партийных лидеров. Поскольку, чем больше партия, тем она менее демократична, в результате голосующие за нее все меньше и меньше могут влиять на ее лидера и программу.

Неверным является убеждение, согласно которому парламент, избранный с помощью пропорциональной системы, наилучшим образом представляет интересы народа. Подобный парламент не представляет ни народ, ни его интересы, а лишь отражает пропагандистское влияние партий на население на момент выборов. Более того, это мешает превратить день выборов в то, чем он должен быть: днем народной оценки деятельности правительства.

Не существует теории демократии

Таким образом, не существует ни приемлемой теории демократии, ни теории, признающей необходимость пропорциональных выборов. Поэтому мы должны спросить себя, каким образом на практике пропорциональная система влияет на формирование правительства (что включает в себя также и вопрос о возможности отставки этого правительства)?

Критика пропорциональной системы

Чем больше партий, тем сложнее сформировать правительство. Это неоспоримая реальность. При двухпартийной системе формирование правительства проходит очень легко. Но при пропорциональной системе даже крошечные партии могут иметь большое (и часто решающее) влияние на формирование правительства и, следовательно, на принятие политических решений.

С этим утверждением никто не станет спорить. И каждый знает, что пропорциональная система приводит к увеличению численности партий. Но до тех пор, пока мы считаем, что «сутью» демократии является народное правление, будучи демократами, мы вынуждены смириться с подобными сложностями, поскольку пропорциональная система, как представляется многим, в наибольшей степени соответствует этой «сути».

Однако пропорциональная система и многопартийность имеют еще один огромный недостаток, когда встает вопрос о смене правительства путем народного волеизъявления, например, путем проведения парламентских выборов. При большом количестве партий, трудно добиться того, чтобы одна из партий имела абсолютное большинство. И даже самые маргинальные партии не могут быть «уволены», независимо от полученного ими количества голосов.

Во-вторых, день выборов при этой системе не становится днем народной оценки деятельности правительства. Случается, что правительство оказывается правительством меньшинства. И по этой причине не может сделать то, что считает необходимым сделать. Оно вынуждено идти на уступки. Или же оно становится коалиционным правительством, в котором ни одна из участвующих в нем партий не несет никакой ответственности.

Таким образом, люди привыкают к тому, что ни правительство, ни политические партии и их лидеры не несут никакой ответственности. И никто не воспринимает потерю партией 5 или 10 процентов голосов как осуждающий вердикт. В этой связи думают лишь о временном падении популярности.

Поэтому, даже если большинство избирателей желает отставки правительства, это вовсе не значит, что отставка произойдет. Поскольку, даже если партия, имевшая до сих пор абсолютное большинство (и казалось бы, наибольшую ответственность), теряет это большинство, при пропорциональной системе она все равно остается наиболее влиятельной силой. Она может сформировать правительственную коалицию, опираясь на какую-либо небольшую партию. И даже если она проигрывает выборы, ее лидер продолжает править вопреки воле большинства, опираясь на решение небольшой партии, далекой от того, чтобы представлять «волю народа».

Кроме этого, небольшая партия может привести к падению правительства без проведения новых выборов и сформировать новое правительство с партиями оппозиции. Но это противоречит самой идее, лежащей в основе пропорциональной системы: идее о том, что влияние партии должно соответствовать числу ее избирателей.

Очень часто мы наблюдаем подобные ситуации. И там, где существует большое число партий, и там, где они формируют коалиции, такие ситуации более чем обычное явление.

Двухпартийная система

Конечно, схожие ситуации могут возникнуть и в странах, где нет пропорциональной системы. Но в таких странах, как Великобритания и США, существует тенденция к борьбе двух конкурирующих партий. В этой связи Уинстон Черчилль говорил: «Демократия является худшей формой правления, за исключением всех остальных». Этим он хотел подчеркнуть, что ни одна из форм правления не является идеальной и свободной от коррупции. И тем не менее, демократия является оптимальной из всех до сих пор найденных форм правления.

Исходя из этой логики, я сказал бы, что двухпартийная система является лучшей формой демократии. Поскольку она приводит партии к самокритичной оценке. Когда одна из двух больших партий терпит поражение, обычно она сама проводит у себя радикальные внутренние реформы. Это является следствием конкуренции и недвусмысленной позиции электората, на которую нельзя закрыть глаза. Благодаря этой системе партии вынуждены извлекать уроки из своих ошибок. Иначе, им конец.

Критикуя пропорциональную систему, я вовсе не стремлюсь дать совет всем демократиям отказаться от этой формулы. Я лишь хотел бы начать дебаты по этому вопросу. Убеждение, согласно которому можно логически доказать моральное превосходство пропорциональной системы, наивно и не выдерживает глубокого анализа.

Морально ошибочная теория

В заключение я хотел бы сказать, что не согласен с идеей, что пропорциональная система является более демократичной по сравнению с англо-американской системой, поскольку она опирается на устаревшую теорию понимания демократии как власти народа (которая отсылает нас в свою очередь к так называемой теории суверенитета государства). Эта теория — морально ошибочная и устаревшая, поскольку ей на смену пришла теория возможности смещения, которое приводит к созданию нового большинства.

Моральный аргумент, я считаю, еще более важен, чем практический аргумент, согласно которому нет необходимости существования более двух партий, ответственных и конкурирующих друг с другом, чтобы дать избирателям возможность выносить вердикт правительству с помощью своих голосов. Пропорциональная система несет в себе опасность того, что решение большинства будет сведено к минимуму и что партия, потерпевшая поражение на выборах, не извлечет из него необходимых уроков, что является необходимым для существования демократии. Для того же, чтобы большинство смогло принимать решения, важно наличие сильной и умелой политической оппозиции. В противном случае избиратели часто вынуждены сохранять плохое правительство единственно из-за отсутствия лучшей альтернативы.

Истинная функция политических партий

Но не является ли защита двухпартийной системы противоречием идее открытоко общества? Терпимость к различным мнениям и теориям, называемая плюрализмом, не является ли она характеристикой свободного общества, стремящегося найти истину? И не проявляется ли этот плюрализм в существовании многопартийности?

Я отвечу следующим образом. Функцией политической партии является формирование правительства или, в качестве оппозиции, осуществление критического контроля над правительством. Критически контролировать означает контролировать толерантность правительства по отношению к различным мнениям, идеологиям, религиям.

Некоторые идеологии попытаются — успешно или безуспешно — доминировать над партией или изменить ее. Таким образом, возникает чередование мнений, идеологий, религий, а, с другой стороны, конкуренция между крупными партиями.

Но идея, согласно которой плюрализм мнений должен непременно приводить к многопартийности, мне представляется политически неверной. И не только политически, но также и философски. Поскольку слишком тесная связь с партийной политикой плохо согласуется с чистотой доктрины.




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2016  Карта сайта