Демократия.Ру




Демократия - это наука и искусство управления цирком из обезьяньей клетки. Генри Луис Менкен


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
Нормативный материал
Публикации ИРИС
Комментарии
Практика
История
Учебные материалы
Зарубежный опыт
Библиография и словари
Архив «Голоса»
Архив новостей
Разное
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


11.12.2017, понедельник. Московское время 18:05

Сражаемый народ и будущие выборы

Кириченко Л.А.

Олимпийский 2004 год россиянам запомнится не только синхронным плаванием, не только синхронным взрывом двух самолетов, не только страшной трагедией в Северной Осетии. Как ни горько об этом говорить, избежать новых террористических актов вряд ли удастся. Боль и ужас от одних будут вытесняться ожиданием следующих.

Последние инициативы Кремля указывают вектор изменения гражданских прав и свобод.

Но на самом деле изменения коснутся и более важных для обывателя вещей – уровня жизни. Этот год принес россиянам и другие, менее заметные, но неуклонно действующие против них процессы. Осознание их роли появится гораздо позже. На пути российских реформ ударным трудом депутатов Госдумы сооружена новая, уже третья зияющая вершина – избавление россиян от ненавистных им льгот. Обоснования и успокоения напомнили полузабытые объяснения более чем десятилетней давности, когда сооружались предыдущие две вершины. Первая – избавление россиян от социалистических накоплений. Как объяснили реформаторы, накопления были не полностью обеспечены товарной массой. Поэтому их так привели в соответствие, что у многих стариков исчезли даже «гробовые» сбережения. Хотя гробами наша промышленность была способна обеспечить все население. Следующей зияющей вершиной стало избавление народа от непосильного груза общенародной собственности. Обоснование – эта собственность не была в полном смысле общенародной. После наведения порядка и здесь, эта собственность к народу не имеет никакого отношения.

Сооружение третьей вершины - отмены льгот обосновывалась аналогично. Раз не все льготники могут использовать льготы в полном объеме,  благородное чувство справедливости требует отменить льготы. Хорошо, что вместе с бесплатным проездом в метро заодно не было отменено само метро. Ведь подавляющее большинство россиян не имеет возможности пользоваться метрополитеном. Успокаивающий термин «замена льгот денежными выплатами» придуман для скрытия от населения того факта, что значительная часть льгот отменяется совсем. Установить, какие льготы отменены, чрезвычайно трудно. Ведь в огромном законе они скрыты фразой – «пункт такой-то считать утратившим силу». В планах власти дальнейшие непопулярные реформы ЖКХ и  здравоохранения. О них пока мало что известно, но попавшие в СМИ детали проектов вызывают сильное беспокойство.

А вот другой  проект власти доступен анализу и объясняет, почему власть так уверена в себе и не боится недовольства народа на предстоящих выборах. Речь идет о подготовленном ЦИК проекте пакета изменений законов о выборах и референдумах. Эти  изменения завершают шлифовку избирательной системы, делающей народ полностью бесправным, а власть вечной, не зависящей от волеизъявления народа. Пересказывать лицемерный и демагогический текст этой аналитической записки не хочется. Провозгласив на первой странице неизменность принципа равного избирательного права, далее предлагается полностью лишить граждан права выдвижения кандидатов и права на самовыдвижение. Это избирательное право останется только у делегатов тех партсъездов, которые признает минюст. Вопиющая антиконституционность этого предложения нисколько не смущает авторов записки. С таким подходом продление сроков полномочий нынешнего президента до двух пожизненных – лишь вопрос времени. Президент братской Белоруссии уже торит лыжню к своему третьему президентскому сроку, объявив референдум  по этому вопросу. Кстати, аргументы, что такого в России не может быть, так как  тогда Россию не будут приглашать на встречу «восьмерки», несостоятельны. Ведь если в 2008 году Путин решит покинуть пост президента, его тоже не будут приглашать на эти встречи. Кстати, конституция вовсе не священная корова. Ее сгоряча принял в 1993 году народ, еще не знавший достоинств управляемой демократии. Теперь, в 2004 году, народ вполне созрел для того, чтобы дружно проголосовать за новую конституцию, улучшенную и избавленную от лишних прав и свобод.  А ЦИК вполне готова эту всенародную поддержку установить.

Предложения Центральной избирательной комиссии по изменению избирательного законодательства, высказанных в Постановлении от 31 августа 2004 г. (Выделены Независимым институтом выборов)

  1. Избрание всех депутатов Государственной Думы по пропорциональной системе.
  2. Сокращение общефедеральной части партийных списков на выборах депутатов Государственной Думы до 3.
  3. Увеличение минимального числа региональных групп, на которые разбивается партийный список на выборах депутатов Государственной Думы, до 4/5 от числа субъектов РФ.
  4. Изменение методики распределения мандатов между региональными группами – использование в качестве критерия не абсолютного числа голосов, полученных региональной группой, а доли голосов, поданных за партию на соответствующей территории.
  5. Сохранение 7%-ного барьера на выборах депутатов Государственной Думы.
  6. Лишение партии мандата при отказе от мандата лидера региональной группы.
  7. Возможность конкуренции независимых кандидатов с региональными группами.
  8. Возможность отказа от института избирательных блоков.
  9. Наименование избирательного блока может состоять только из элементов наименований избирательных объединений, в ходящих в блок.
  10. Ограничение заградительного барьера на региональных выборах 5%.
  11. Уменьшение допустимого процента недостоверных и недействительных подписей с 25 до 5%.
  12. Предоставление в избирательную комиссию списка сборщиков подписей с нотариальным заверением их подписей в этом списке.
  13. Отмена недостоверности сведений в качестве основания для отказа в регистрации (кроме сокрытия судимости и иностранного гражданства).
  14. Обязанность кандидатов предоставлять сведения о снятой или погашенной судимости за тяжкие и особо тяжкие преступления.
  15. Распространение запрета на использование преимуществ должностного положения на руководителей негосударственных организаций.
  16. Возможность отмены регистрации «двойников».
  17. Отказ от перечня форм предвыборной агитации (п. 2 ст. 48).
  18. Определять участников дебатов не путем жеребьевки, а в соответствии с рейтингами.
  19. Запрет вносить пожертвования в избирательные фонды некоммерческим организациям, созданным за счет средств организаций, не имеющих право вносить пожертвования.
  20. Изготовление копий итоговых протоколов только самими избирательными комиссиями.
  21. Установление единой в году даты проведения выборов (или двух в году).

За исключением первого пункта другие предложения записки ЦИК касаются частных вопросов и будут предметом псевдообсуждения и якобы проявившегося на нем «одобрямса».

Имеет смысл поговорить о тех нормах избирательных законов, которые уже приняты, действуют и не вызывают возражений у ЦИК.

Дефекты избирательного законодательства России

В этой статье термин «дефекты» употреблен в прямом смысле. Здесь не будут обсуждаться недостатки одной избирательной системы и достоинства другой, не будет описаний положительного и отрицательного опыта избирательных законов различных государств. Речь пойдет только о конкретных нормах российской конституции и российских законов, инструкций Центральной избирательной комиссии.

Цель - показать, в чем именно они противоречат друг другу, в чем непоследовательны, в чем не соответствуют декларированным принципам. Речь пойдет и о тех юридических пробелах, которые позволяют безнаказанно фальсифицировать выборы, оставляя результаты сфальсифицированных выборов без возможности судебного обжалования.

Будут также рассмотрены известные способы фальсификации итогов голосования и проведены оценки – насколько нормы, заложенные в закон и в инструкции ЦИК, способны помешать возможной фальсификации.

Законы о выборах и конституция

Ныне действующая конституция принималась в кратчайшие сроки после кризиса 1993 года, хотя подготовительная работа началась раньше. Отчасти поэтому в конституции не оказалось главы об избирательной системе, естественной для конституций. В 3-м пункте 3-й статьи конституции утверждается, что «высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы». К сожалению, разработчики конституции не уточнили, какие выборы считаются свободными, и почему они только «свободные», а не «свободные и честные».

Споры, какие выборы можно считать свободными, выявили разные точки зрения. Одни говорят, что свободные выборов - это выборы, в которых есть свобода выдвижения кандидатов. Вторые говорят, что это выборы, на которых свободы выдвижения кандидатов нет, но все-таки есть альтернативные кандидаты, выборы, на которых можно выбирать. Третьи говорят, что свободные выборы - это выборы из одного кандидата, но уклонение от голосования не карается. Четвертые говорят, что свободные выборы - это выборы свободные по определению, и малейшее сомнение в этом является заведомо ложным измышлением, порочащим наш общественный строй. Которое карается. Разумеется, с учетом инфляции кара должно быть раз в десять-двадцать весомей советской меры.

Во второй главе конституции «Права и свободы человека и гражданина» в 32 статье было указано, что граждане РФ «имеют право избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также участвовать в референдуме». В следующем пункте этой статьи было указано, что «не имеют права избирать и быть избранными граждане, признанные судом недееспособными, а также содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда».

В статьях 81 и 96 конституции еще указывается, что порядок выборов президента РФ и депутатов Государственной Думы, формирования Совета Федерации устанавливаются федеральными законами.

Но даже к этому краткому упоминанию избирательных процедур можно высказать претензии

За десятилетие, прошедшее с момента принятия конституции, оформилось две точки зрения на то, что следует понимать под термином «право избирать». Безымянные разработчики избирательных законов из аппарата ЦИКа и сами члены ЦИК во главе с председателем Вешняковым считают, что это означает лишь право проголосовать. Именно эта точка зрения и изложена в разработанном ЦИК законе об основных гарантиях избирательных прав граждан в статье 2 в определении избирательных прав.

Более известные специалисты по конституционному праву считают, что декларированное в конституции «право избирать» носит более широкий смысл. А именно - права выдвигать кандидатов, собирать подписи в поддержку кандидата, агитировать, финансировать, быть членом избирательной комиссии, подсчитывать голоса избирателей, наблюдать за проведением голосования и подведением итогов голосования, получать копии протоколов итогов голосования, обжаловать сфальсифицированные результаты выборов в суде и т.д. Ведь именно эти права и действия описываются избирательным законодательством, законом о выборах. Заметим, что если бы разработчики конституции подразумевали только право проголосовать, они бы так и написали.

Если же, как это делает ЦИК, считать, что в конституции в 19 статье право избирать означает только право проголосовать, то значит, все недееспособные и находящиеся в местах лишения свободы граждане лишены лишь права проголосовать. Все остальные избирательные права у них есть. То есть, они  вправе выдвигать кандидатов, собирать подписи в поддержку кандидата, агитировать, финансировать, быть членами избирательных комиссий (и даже председателем ЦИК), подсчитывать голоса избирателей, наблюдать за проведением голосования и подведением итогов голосования, получать копии протоколов итогов голосования, обжаловать сфальсифицированные результаты выборов в суде и т.д. Вряд ли разработчики конституции подразумевали это.

Конституционное «право быть избранным» сформулировано тоже неудачно. В отличие от законодателей каждому проигравшему кандидату ясно, что в конституции подразумевалось право баллотироваться, попытаться быть избранным. Еще ни один проигравший кандидат не обратился в Конституционный Суд с требованием восстановить его конституционное право оказаться избранным на основании 32 статьи конституции, но вопреки волеизъявлению граждан.

Понимание необходимости точности формулировок и однозначности терминов к российским законодателям приходит очень медленно. Например, только в 1997 году законодатели сообразили, что слова «голосование» и «выборы» не синонимы. Синонимом выборов является избирательная кампания. А голосование – лишь один из самых важных завершающих этапов кампании. До этого года во всех законах о выборах вместо термина «день голосования» использовался термин «день выборов».

Хотя норм, относящихся к выборам, в конституции мало, законодатели сумели в законах о выборах заложить множество норм, явно противоречащих конституции. Но после 1993 года Конституционный Суд не вправе по собственной инициативе проверять законы на соответствие конституции. Он делает это лишь по запросам законодателей. А последним независимый контроль качества их продукции не нужен.

Центральная избирательная комиссия РФ утверждает, что под правом «избирать» в конституции понимать следует только право проголосовать, а все остальные избирательные действия и право граждан на них описывается соответствующим законом о выборах. Именно в нем прописано, какие категории граждан какие права имеют, а какие граждане каких-то прав лишены. И даже если абсолютно все граждане России будут лишены права выдвижения кандидатов и права на самовыдвижение, то и этот крайний случай с точки зрения ЦИК не будет противоречить конституции. ЦИК считает, любая норма  закона конституционна, так как в конституции указано, что выборы проводятся по закону. И даже если кандидатов на выборные должности в России будут выдвигать иностранцы, международные организации, а у граждан России на выборах останется только единственное право – право проголосовать, то никакого нарушения конституционных прав и свобод граждан РФ в этом ЦИК не усматривает.

При этом ЦИК, разработчики законопроектов и законодатели упорно не замечают второй пункт 19-й статьи конституции, в которой говорится:

«Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств».

Заметим, что в этой статье не указано, что речь идет только о конституционных правах, т.е. правах, явно упомянутых в конституции. Речь идет вообще о правах, то есть и тех правах, что даются и другими законами, в частности и законом о выборах.

Рассмотрим, как соответствуют этим нормам конституции отдельные нормы законов о выборах депутатов Государственной Думы и Президента РФ.

В 95-й статье конституции указано, что Государственная Дума состоит из 450 депутатов. Указано только количество депутатов. Других дополнительных условий нет. О  Совете Федерации в той же статье конституции указано, что в него «входятусловий, подобных тому, что в другую палату Федерального Собрания, в Совет Федерации «входят по два представителя от каждого субъекта Российской Федерации: по одному от представительного и исполнительного органов государственной власти».

Поэтому законодатели могли конструировать любой избирательный закон, но с учетом обязательности соблюдения вышеуказанных статей конституции и пункта 1 15-й статьи конституции: «Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации».

Сравним, как соответствует конституции закон о выборах депутатов Государственной Думы. В нее по одномандатным округам избирается 225 депутатов. В соответствии с 19 статьей конституции независимо от места жительства граждане имеют равное право на делегирование своего представителя в Государственную Думу. Но в законе о выборах эти права отличаются в 64 раза. По одному депутату имеют право избрать в одном месте 12 тысяч избирателей (республика Эвенкия) и 781 тысяча избирателей в другом месте (Курганская область). Здесь приходится говорить не о конституционном равенстве, а об антиконституционном 64 кратном превосходстве одних избирателей над другими. Разъяснения разработчиков, почему целесообразно игнорировать конституцию, сами по себе антиконституционны.

Со второй половиной Государственной Думы, избираемой по пропорциональной системе, в смысле соблюдения конституции дело обстоит еще хуже. Сама пропорциональная система предполагает конкуренцию списков кандидатов и распределение 225 мандатов пропорционально числу голосов избирателей, собранных каждым списком. Провозглашенное в 19-й статье конституции равенство партийных и беспартийных граждан (независимо от «принадлежности к общественным объединениям») предполагает, что право выдвижения кандидатов (списков кандидатов) принадлежит и партийным, и беспартийным гражданам. Но в законе о выборах депутатов Государственной Думы право выдвижения списков кандидатов принадлежит только делегатам партсъездов. Сто миллионов беспартийных граждан и партийцев, не являющихся делегатами партсъездов, полностью лишены права выдвижения кандидатов в пропорциональную половину Государственной Думы. Так что в этом случае антиконституционное превосходство партийных делегатов над беспартийными гражданами становится бесконечным.

К сожалению, на этом нарушение конституционного принципа равенства граждан не заканчивается. Кандидату в одномандатном округе для своей регистрации требуется представить в избирательную комиссию 4,5 тысячи (в среднем по стране) подписей избирателей именно этого округа.

Для регистрации 270 кандидатов партийного списка требуется представить в ЦИК всего 200 тысяч подписей, собранных не по всем одномандатным округам, а там, где легче собрать,  всего в 15 субъектах федерации. В среднем для регистрации кандидата по партсписку необходимо подписей в шесть раз меньше, чем требуется кандидату-одномандатнику.

 Но это неравенство при выдвижении кандидатов еще не самое впечатляющее. Если федеральный список кандидатов зарегистрирован на основании собранных партией 200 тысяч подписей, то для выдвижения ею кандидатов-одномандатников от этой партии не требуются ни подписи избирателей, ни залог.

Но и это не все. В законе о выборах депутатов Государственной Думы введена норма, что партии, допущенные на прошлых выборах к распределению мандатов партийной половины Думы, вообще избавлены от необходимости сбора подписей и внесения избирательного залога. И хотя на выборах 2003 года эта норма пока не применялась, само ее существование в законе является вызовом конституционному принципу равенства партийных и беспартийных граждан.

Неравенство партийных и беспартийных граждан заложено и в закон о выборах президента РФ. Например, на стадии выдвижения кандидатов гражданин, выдвинувший себя сам, для регистрации обязан собрать 2 миллиона подписей избирателей. Если же кандидата выдвигает партия, получившая на последних выборах депутатов Государственной Думы даже минимальное количество мандатов в партийной половине Думы, то такому кандидату собирать подписи не требуется. Например, действующему президенту Путину пришлось собирать 2 миллиона подписей, а Малышкина, выдвинутого партией Жириновского, зарегистрировали без подписей. Почему успех партии на думских выборах дает ей антиконституционные льготы на совершенно других, президентских выборах, разработчики закона не поясняют.

Интересно, что если бы какая-то партия выиграла во всех 225 одномандатных округах и получила 225 мандатов, но не преодолела заградительный барьер на выборах в партийную половину Государственной Думы, то ей пришлось бы собирать 2 миллиона подписей за своего кандидата в президенты РФ. Это к вопросу о равенстве депутатов разных половин  Государственной Думы.

Из 100 миллионов российских избирателей 81 миллион был бессудно лишен права поддержать своими подписями выдвижение кандидата Путина в президенты РФ на второй срок, даже если все они мечтали это сделать. Если бы 81 миллион подписей был бы собран, ЦИК бы их не принял. Хотя для регистрации кандидата требуется 2 миллиона подписей. С точки зрения законодателей вина этих 81 миллионов избирателей бесспорна - они живут слишком кучно. В 39 самых больших по численности избирателей субъектах Федерации. А законодатели считают, что те подписанты, чьи подписи достойны внимания ЦИК, должны жить в 40 и более субъектах федерации. И хотя в уже упомянутой статье 19-й статье конституции утверждается, что государство гарантирует равенство прав граждан независимо от места жительства, никто из законодателей не собирается обращать на эту норму внимания.

Интересно, если бы в проект закона о выборах президента РФ была внесена норма, что самовыдвижение кандидата должны поддержать своими подписями 40 разных национальностей (каждая из них – представить по 50 тысяч подписей). Тут, я думаю, о недопустимости и антиконституционности сортировки граждан по национальному признаку заявили бы и юристы, и правозащитники. Но в конституции декларируется равенство граждан независимо от национальности и от места жительства в одном и том же предложении 19-й статьи.

То же самое игнорирование конституционного принципа равенства граждан РФ независимо от их места жительства проявляется и в законе о референдуме РФ, и при сборе подписей па список кандидатов от партии в пропорциональную половину Государственной Думы.

К сожалению, неравенство кандидатов от партий и иных кандидатов на пост президента РФ на этом не заканчивается. Кандидатам от партий для агитации выделяются дополнительно бесплатное эфирное время и бесплатная печатная площадь.

Объяснения, почему разработчики законов из аппарата ЦИК считают себя вправе игнорировать установленный конституцией, гарантированный государством принцип равенства прав граждан независимо от принадлежности к общественным объединениям и других обстоятельств, содержатся в ответах секретаря ЦИК Ольги Застрожной на вопросы, полученные от президента фонда «ИНДЕМ» Георгия Сатарова (см. в Интернете http://www.indem.ru/idd2000/CIK/Ot200802.htm ). 

Вот они:

«Реализация права кандидата быть зарегистрированным по федеральному списку или одномандатному избирательному округу, как исходная стартовая возможность, связана с тем, что Федеральный закон предусматривает возможность выдвижения кандидатов как политическими партиями, избирательными блоками, так и путем самовыдвижения.

Правовые условия выдвижения, регистрации, проведения агитации, финансирования, выбытия из избирательной кампании различны для кандидатов (списков кандидатов), выдвинутых избирательными объединениями, избирательными блоками и независимых кандидатов.

Из принципа равенства не вытекает установление единых правовых условий участия в выборах кандидатов в депутаты, выдвинутых избирательными объединениями, избирательными блоками и независимых кандидатов. Важно, чтобы соответствующие правовые условия применялись на равных основаниях ко всем кандидатам, которым они предписаны.

Данное правило нашло свое подтверждение в пункте 7 статьи 51 и пункте 3 статьи 52 Федерального закона, из которых следует, что законом может быть предусмотрено предоставление дополнительного бесплатного и платного эфирного времени, дополнительной бесплатной и платной печатной площади избирательным объединениям, избирательным блокам, выдвинувшим зарегистрированных кандидатов.

Указанное положение является одним из видов государственной поддержки организованных участников избирательного процесса (политических партий) в целях стимулирования их участия в выборах».

То есть, конституция игнорируется ЦИК совершенно сознательно.

С конституционными правами Президента РФ и Совета Федерации РФ разработчики законов из ЦИК обошлись довольно бесцеремонно. В частности, в законе о выборах Государственной Думы указано, что если президент РФ не назначит выборы Госдумы, то выборы назначает ЦИК. В законе о выборах президента РФ указано, что если выборы президента не назначит Совет Федерации, то их назначает ЦИК. И хотя о ЦИК в конституции нет никакого упоминания, циковским разработчикам законов удалось поставить ЦИК на уровень Президента и Совета Федерации, а может быть чуть выше. Ведь если опоздавших с назначением выборов Президента и Совет Федерации может заменить ЦИК, то в деле назначения выборов ЦИК не может заменить никто. И что будет, если и ЦИК не назначит выборы – полный юридический мрак.

А ведь можно было указать, что если Президент и Совет Федерации опоздали с назначением выборов, то выборы проводятся ЦИК тогда-то и тогда-то. Не придавая ЦИК чужих конституционных полномочий.

Не пожелали разработчики законов из ЦИК соблюдать и установленные конституцией сроки досрочных выборов президента. В пункте 2 статьи 92 конституции установлено, что при досрочном прекращении полномочий президента выборы «должны состояться не позднее трех месяцев с момента досрочного прекращения исполнения полномочий» президента. В законе о выборах президента в статье 5 пункте 5 указано, что если Совет Федерации не назначил дату выборов президента, то выборы назначаются ЦИК и проводятся в первое или второе воскресенье по истечению трех месяцев со дня досрочного прекращения полномочий президента.

К сожалению, возможность нарушения статей 71 и 73 конституции по-прежнему заложена в закон об основных гарантиях избирательных прав граждан. В статье 71 конституции указано, что формирование федеральных органов власти находится в ведении Российской Федерации. В соответствии с 73 статьей конституции формирование органов власти субъектов РФ лежит исключительно в ведении субъекта федерации. Но в 2002 году федеральный государственный орган ЦИК вопреки установленному конституцией разграничению прав федерации и субъекта федерации сам установил итоги выборов губернатора субъекта федерации (Красноярский край), ссылаясь на содержащееся в законе о гарантиях избирательных прав туманное право ЦИК «принять решение по существу жалобы».

Законы и логика

Теперь от норм российских избирательных законов, противоречащих российской конституции, перейдем к тем нормам этих законов, которые противоречат здравому смыслу, можно сказать интернациональному.

В только что принятом новом законе о референдуме РФ все же есть нормы, против которых вряд ли кто сможет возражать. Референдум состоялся, если более половины граждан, внесенных в списки участников референдума, опустили свои бюллетени в ящики для голосования. Решение на референдуме считается принятым, если за вопрос референдума проголосовало более половины участников референдума, опустивших свои бюллетени в ящик. Правда, в советском законе о референдуме решение на референдуме считалось принятым, если за вопрос референдума проголосовало более половины списочного состава участников референдума. Именно по этим правилам проходил в 1991 году референдум СССР о сохранении Советского Союза. В современных условиях такие требования представляются явно завышенными, пригодными лишь для эпохи всеобщего «одобрямса».

Важная деталь – состоялся референдум или не состоялся, определяется по числу бюллетеней, обнаруженных в ящиках для голосования. Предположим, все граждане пришли на референдум и получили бюллетени. Но по каким-то причинам не желая голосовать и не желая оставлять чистые бюллетени на произвол комиссии референдума, все граждане бюллетени унесли с собой. В этом случае референдум считается несостоявшимся. О том, что решение на таком референдуме может считаться принятым, не приходится и говорить.

Кажется, что эти выводы при таком поведении голосующих граждан вполне естественны. Так кажется многим, но не разработчикам законопроектов о выборах и голосующим за эти проекты законодателям. Они ввели совершенно другие правила установления результатов всех выборов. Чтобы проверить, как они соотносятся с логикой и здравым смыслом, полезно взять предельные случаи – например, 100 % явку избирателей. Если логика норм закона правильная, то и предельные случаи дают предельный, но логичный результат. Если же результат выглядит абсурдным, то абсурд не стоит оправдывать тем, что на практике он не встретится. Лучше было бы, если бы абсурд не возникал ни при каких условиях.

Рассмотрим, как влияет на результаты выборов такое пока нетипичное поведение избирателей как унос бюллетеня с собой.

Оказывается, для успеха  выборов совершенно не важно, состоялся ли сам факт голосования – опускание заполненного бюллетеня в урну. Если на выборах депутата Государственной Думы в округе с полумиллионом избирателей при стопроцентной явке в урнах не окажется ни одного бюллетеня, то все равно выборы будут считаться успешно состоявшимися. Более того, закон устанавливает, кто из кандидатов, не получивших ни одного голоса «ЗА», станет народным избранником. Это тот кандидат, что был зарегистрирован первым.

Для того, чтобы эта нелепость не слишком бросалась в глаза, в закон о выборах введено два понятия – число избирателей, принявших участие в выборах, и число избирателей, принявших участие в голосовании. Это вовсе не синонимы.

Число избирателей, принявших участие в выборах - это число избирателей, получивших бюллетень для голосования (расписавшихся за него). Именно по этому числу устанавливается, состоялись или нет выборы, достигнут или нет порог явки.

Дальнейшее поведение избирателей - проголосуют ли они, или предпочтут унести бюллетень с собой, для факта состоявшихся выборов не имеет никакого значения.

Число избирателей, принявших участие в голосовании – это число бюллетеней, обнаруженных в урнах. Если они поданы за различных кандидатов и за строку «Против всех кандидатов», то правило установления победителя–одномандатника таково: им становится тот кандидат, что получил голосов больше, чем любой другой кандидат, и больше, чем собрала голосов строка «Против всех кандидатов». Если же победителем является строка «Против всех кандидатов», то выборы объявляются несостоявшимися.

Получается, следуя букве закона, что даже если все избиратели унесут бюллетени с собой, и в урнах не окажется ни одного бюллетеня, выборы все равно будут считаться состоявшимися, если число избирателей, унесших бюллетени, окажется достаточным.

Возникает вопрос, кто же избран депутатом, если выборы состоялись, а в урнах нет ни одного бюллетеня? Закон дает ответ и на этот вопрос. При состоявшихся выборах избранным кандидатом считается тот, кто получил голосов больше остальных кандидатов. Если несколько лидирующих кандидатов получили равное число голосов, то избранным будет считаться кандидат, зарегистрировавшийся раньше, в соответствии с пунктом 5 статьи 83 закона о выборах депутатов Государственной Думы. Равное число голосов может быть и нулевым. В этом случае, на выборах в одномандатном округе из всех кандидатов (не получивших ни одного голоса «ЗА»!) народным избранником закон признает того кандидата, что был зарегистрирован раньше других.

Для успешного избрания депутата - одномандатника Госдумы достаточно явки на участки 25% избирателей и полного отсутствия бюллетеней в урнах.

Нельзя оправдывать столь оригинальную норму закона малой вероятностью ее реализации на практике. Ведь норма - это то, что закон считает правильным. Не так важно, случится это на практике или нет. Важен сам подход закона, что именно он считает правильным. Приведу для наглядности утрированный чудовищный пример. Если законодатель почему-то включил в закон норму: «Родители должны убить родившуюся тройню», то не следует защищать эту статью закона, отметать ее критику утверждениями, что тройни бывают редко, а родители, желающие убить своих детей, еще реже. Норму закона надо оценивать саму по себе, а не оправдывать ее малой вероятностью использования этой нормы на практике.

На выборах президента РФ предусмотрена возможность повторного голосования (второй тур).

Предположим, что по-прежнему все 100% избирателей приходят на участки, получают бюллетень, и уносят его с собой. Что говорит нам закон о выборах президента? Во-первых, выборы президента успешно состоялись. Но президент в первом туре не избран. Состоится ли второй тур, неясно, так как все кандидаты получили по нулю голосов избирателей и не ясно, кто из кандидатов должен попасть во второй тур. Наверное, в этом случае Россия возьмет тайм-аут, пока циковские разработчики придумают более путные законы. Если же во всех ящиках на все страну окажется один-единственный бюллетень, то президентом России станет тот кандидат, за которого он подан. В протоколах будет указано, что новый президент получил 100% голосов (от числа избирателей, опустивших бюллетень в ящик, принявших участие в голосовании). Если же этот бюллетень будет подан «Против всех кандидатов», то выборы не состоялись.

Для выборов в пропорциональную половину Госдумы дело обстоит ничуть не лучше. Если опять предположить, что 100% избирателей пришли, взяли бюллетень для голосования по федеральному округу и все бюллетени унесли с собой, тов этом случае закон о выборах Государственной Думы утверждает следующее. Выборы по федеральному округу считаются успешно состоявшимися. Но депутаты в пропорциональную половину Думы не избраны. Так как выборы этой половины Думы считаются состоявшимися, то повторные выборы не могут быть назначены, и полномочный состав Госдумы не может быть избран. Тупик. Спасти Государственную Думу может только фальсификация – один-единственный бюллетень, подброшенный за какой-то партсписок кандидатов, способен сотворить чудо. Эта партия получает все 225 мест пропорциональной половины Думы, поскольку получила все 100 % голосов от одного-единственного бюллетеня. Правда, формально к распределению мандатов были допущены еще три партии, но так как они получили ноль голосов, то им досталось ноль мандатов.

Ничего из описанного не было бы, если бы законодатели итоги выборов определяли по числу бюллетеней, обнаруженных в избирательных ящиках. Но законодатели посчитали, что возможность еще до вскрытия ящиков и подсчета голосов объявить, что выборы состоялись, намного важнее. Есть и более важная причина, по которой выборы считаются состоявшимися по явке избирателей, а победитель определяется лишь процентом от  числа бюллетеней, обнаруженных в ящиках. Ведь если не вносить в протокол число бюллетеней, поданных за нежелательных кандидатов, а сами эти бюллетени не довезти до территориальной комиссии, то победителем может стать нужный кандидат. А исчезновение бюллетеней (расхождение между количеством бюллетеней, выданныхизбирателям и найденных в ящиках), легко списать на то, что их якобы унесли с собой избиратели. В этом случае никакой пересчет бюллетеней не поможет – все неугодные бюллетени будут уничтожены до пересчета. Этот метод фальсификации удобен тем, что не требует лишнего тиража бюллетеней и замену одних бюллетеней на другие.

От событий почти невероятных перейдем к событиям, встречающимся гораздо чаще, чем это должно быть – к признанию выборов несостоявшимися, если в одномандатном округе строка бюллетеня «Против всех кандидатов» собирает голосов больше, чем лидирующий по числу голосов кандидат. В этом случае журналисты пишут, что победил кандидат с редкой фамилией «Противвсех». Эта десятилетней давности шутка настолько прижилась, что все забыли, что это лишь шутка.

Особо приближенные к Кремлю политологи настойчиво требуют изъять из бюллетеня строку «Против всех кандидатов» уже в ближайшее время, тем более к выборам 2007-2008 гг. Журналисты остроумно, как им кажется, комментируют - «Власти отменяют регистрацию кандидата «Противвсех». Если чуткая к идеям Кремля Госдума откликнется, и голосовать против всех кандидатов будет запрещено, то это вместе с другой идеей президентской администрации об обязательной явке на выборы сделает российские выборы формально еще менее свободными, чем выборы сталинских времен. В те времена явка на выборы провозглашалась добровольной, и право проголосовать против кандидатов – вычеркнуть их тоже было провозглашено. Об этих демократических правах, предоставленных конституцией 1936 года, с пафосом рассказывал прокурор Вышинский. Теперь со сталинским либерализмом собираются покончить.

Один вопрос нашей избирательной системы требует отдельного обстоятельного рассмотрения, поскольку не понимается очень многими избирателями, участниками избирательных кампаний, законодателями и даже политологами, пошедшими войной на строку «Против всех».

Речь идет именно о строке в бюллетене «Против всех кандидатов» («Против всех списков кандидатов»).

Точнее о том уникальном правиле учета мнения избирателей, проголосовавших в этой строке.

За и против «против всех»

Стоит напомнить, что до 1989 года то, что называлось в СССР выборами, проходило по мажоритарной системе абсолютного большинства в один тур. Выборы считались состоявшимися, если в них приняло участие не менее половины избирателей, внесенных в списки. Избранным становился кандидат, получивший на выборах голосов больше половины ОБЩЕГО ЧИСЛА избирателей округа.

В 1989 и 1990 годах первые альтернативные выборы проводились в два тура. Каждый тур считались состоявшимися, если в них приняло участие не менее половины избирателей, внесенных в списки. В первом туре проходил по мажоритарной системе абсолютного большинства, когда на состоявшихся выборах мандат получал кандидат, за которого проголосовало более 50% ПРИШЕДШИХ на выборы избирателей. Для того, чтобы победить в первом же туре выборов требовались голоса как минимум 25 процентов избирателей округа (половина избирателей должна участвовать в выборах, а половина этой половины проголосовать за победившего кандидата).

Из 1068 депутатов РСФСР в 1990 году в первом туре смогли набрать более 50% голосов всего лишь 113, остальные 995 депутатов были избраны во втором туре по системе относительного большинства. Второй тур  проводился по двум кандидатам, набравшим наибольшее число голосов.

При этом начинали действовать другие, облегченные правила избрания, правила мажоритарной системы относительного большинства. Необходимый для избрания минимальный процент полученных голосов вообще не оговаривался. Победитель определялся количеством поданных ЗА НЕГО голосов.

Для получения мандата было достаточно получить голосов БОЛЬШЕ чем ДРУГОЙ кандидат, а не обязательно больше 50% от явившихся на выборы избирателей. Например, можно законно было стать народным избранником, получив всего один голос «ЗА», в том случае, если вышедший во второй тур другой кандидат не получил ни одного.

Напомню, что тогда голосование «против» происходило путем вычеркивания неугодных кандидатов. До 1993 года строки «Против всех кандидатов» в бюллетене не было, но на каждых выборах были бюллетени, в которых оказались вычеркнутыми все кандидаты. Такие бюллетени считались действительными, но они ни на что влияли. Никто не предлагал считать их число решающим и сравнивать с числом голосов, поданных за одного или даже за всех кандидатов в сумме.

С декабря 1993 года многое изменилось. Выборы стали проводиться в один тур, по правилам мажоритарной системы относительного большинства. Разработчики ввели в бюллетень новую строку «Против всех», и, противореча логике, придумали ей функцию, которой нет в мировой практике.

Порядок голосования был изменен. Вместо вычеркивания всех неугодных кандидатов было предписано ставить значок (знак «ЗА») в квадрате напротив фамилии только одного кандидата, того, за которого избиратель голосует. Если бы в бюллетене были только фамилии кандидатов, бюллетень без значка означал, что избиратель никого из кандидатов не поддерживает. В этом случае он опускал бы в урну чистый бюллетень.

Правда, подсчитывать такие бюллетени можно доверить только беспристрастным ангелам. Бюллетени же считают люди, которых семьдесят лет учили не проходить мимо. Часть из них не прошла бы мимо возможности превратить такой чистый бюллетень в поданный за кандидата, угодного считающему. То есть поставить значок вместо избирателя.

Для исключения возможности проголосовать вместо избирателя можно было использовать разные способы – предписать избирателю, не желающему голосовать ни за одного из кандидатов, оторвать уголок бюллетеня, перечеркнуть его, написать «Против всех кандидатов» на самом бюллетене, унести бюллетень с собой.

Но был выбран самый неудачный вариант, чрезвычайно похожий на строку с фамилией еще одного кандидата. В бюллетень под фамилиями кандидатов была введена специальная техническая строка «Против всех кандидатов» с таким же квадратиком для значка. Наличие значка в этом квадрате делало невозможным приписку лишнего голоса «ЗА» угодному кандидату. Если лишний значок какому-то кандидату будет поставлен, бюллетень превратится в недействительный. То есть, роль этой строки сродни печати избирательной комиссии вверху бюллетеня, страхующей от вбрасывания в избирательные ящики фальшивых бюллетеней.

Разработчики законов не смогли решить простую логическую задачу – с чем надо сравнивать количество голосов, собранных строкой «Против всех кандидатов». Они постановили – если в одномандатном округе по числу полученных голосов лидирует строка «Против всех кандидатов», то выборы объявляют несостоявшимися. Их ввело в заблуждение сходство строки с фамилией кандидата и строки «Против всех кандидатов», которую уже привыкли называть кандидатом «Противвсех».

Репортажи о победе кандидата «Противвсех» стали штампом. Только остается неясным, почему нельзя, если этот «кандидат» победил, оставить за ним пустующее депутатское кресло на 4 года. Зачем объявлять повторные выборы?.

О деструктивном характере такого учета этих голосов говорит следующий факт.

В 1993 году  выборах Государственной Думы она сорвала бы выборы в 32 округах из 225, так как в этих округах строка бюллетеня «Против всех кандидатов» собрала голосов больше, чем лидирующий кандидат. В том же году на выборах Московской городской думы выборы пришлось бы признать несостоявшимися в 31 округе из 35. Аналогичный результат она дала при выборах и Московской областной думы.

Но перед голосованием специальным указом президента Ельцина в ноябре 1993 года правило определения результатов выборов было изменено, и голоса, отданные строке «Против всех кандидатов», потеряли всякое значение. Поэтому 32 депутата Государственной Думы все-таки получили свои мандаты, хотя в их округах победила именно строка «Против всех». Благодаря отмене значения голосов «против всех» Московская городская Дума и была избрана.

Аргументация авторов этой строки и интерпретаторов ее значения известна: «Надо дать избирателям выразить свое несогласие с составом кандидатов и учесть его».

Но ведь цель выборов в том, чтобы избрать Думу, пользующуюся максимальным доверием избирателей. Задача законодателей дать избирателям возможность ВЫДВИНУТЬ желательных кандидатов и проголосовать ЗА НИХ. Вычеркивание неугодных кандидатов лишь часть этого процесса, а не самоцель, и говорит о том, что выдвижение кандидатов не было свободным. Дать выразить протест против нежелательных кандидатов, сорвать выборы - это лишь часть задачи. Учет несогласия с составом кандидатов получается чрезвычайно гипертрофированным.

С чем именно имеет смысл сравнивать это число?

Попытаюсь аргументировать более подробно.

Представим себе, что на выборах избирателю вручают тот же бюллетень с фамилиями всех кандидатов округа, но вверху бюллетеня напечатан вопрос с двумя квадратиками для двух вариантов ответа «ДА» и «НЕТ». Вопрос поставлен так:

«Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?»

Изучив состав кандидатов, избиратель выбирает свой вариант ответа, ставит галочку в квадрат «ДА» или «НЕТ». Предположим, вариант»ДА» набрал 90% голосов, а вариант «НЕТ» только 10%.

Сравнение количества голосов, собранных ответами ДА» и «НЕТ» приводит к выводу, что объявлять выборы несостоявшимися, отменять волю 90% избирателей на основании воли 10% избирателей было бы явно недемократично.

Вот если бы больше половины принявших участие в голосовании избирателей не желало из данного набора кандидатов избирать депутата, то выборы следовало бы считать несостоявшимися.

Заметим, что число избирателей, ответивших «НЕТ» на вопрос: «Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?» в точности равно числу голосов, собранных строкой «Против всех кандидатов» внизу бюллетеня.

Чему же равняется число ответов «ДА» на вопрос: «Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?».

Если строка «Против всех кандидатов» набирает наибольшее число голосов, российские избирательные законы объявляют выборы несостоявшимися.

Нетрудно сообразить, что оно в точности равняется сумме количества голосов, собранных каждым кандидатом в отдельности. Ведь те 90% избирателей, что согласились делать свой выбор из данного набора кандидатов, разбились на группы поддержки конкретных кандидатов. Для большей наглядности назовем лидирующего кандидата Ивановым. То есть группа избирателей, сделавшая выбор в пользу одного и того же кандидата Иванова, фактически ответила «ДА» на неявно заданный вопрос «Вы предпочитаете именно Иванова?». Именно это и означает галочка, поставленная в квадратике в строке с фамилией кандидата Иванова.

Но кандидатов может оказаться не один десяток. Поэтому те голоса, которые собрал бы ответ «ДА» на вопрос в бюллетене «Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?», оказываются разбитыми на множество голосов за разных кандидатов.

Сравнивать число голосов, собранных одним, пусть даже лидирующим кандидатом с числом голосов, собранных строкой «Против всех», неверно.

Россия является единственной в мире страной, где для принятия важнейшего решения сравнивают количество ответов «ДА» и «НЕТ», но на РАЗНЫЕ вопросы.

Ответ «НЕТ» берется у вопроса «Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?», а ответ «ДА» берется у вопроса «Вы предпочитаете именно Иванова?».

Понимаю, что найдется немало людей, готовых возразить универсальной формулой – «А что тут такого?».

Может быть, кто-то из разработчиков законов сформулирует более внятную мысль: «Не должен получать мандат тот кандидат, что получил голосов «Против» больше чем «ЗА». Ведь голоса «Против всех кандидатов» - это голоса и против кандидата Иванова». Только непонятно, почему эта на первый взгляд разумное правило они не захотели применять к выборам по партийным спискам. Там установлены иные правила. Даже если 49,999% избирателей проголосуют «Против всех партсписков», все места в пропорциональной половине Думы будут заполнены партийцами, даже если все они (за исключением одной партии) получили менее одного процента голосов. Такой вот точный учет протестного голосования.

Подобная аргументация показывает, что разработчики закона не понимают смысл мажоритарной системы относительного большинства. Более того, они фактически признают ее незаконной и отменяют результаты выборов, ей соответствующие.

Чтобы понять, почему можно сравнивать между собой числа голосов, поданных за разных кандидатов, и почему нельзя сравнивать число голосов, поданных за кандидата, с числом голосов, собранных строкой «Против всех кандидатов», необходимо сказать несколько слов о принципах мажоритарной системы абсолютного и относительного большинства. Такие системы существуют во многих странах.

Предположим, что в округе на выборы пришли абсолютно все избиратели и абсолютно все проголосовали за какого-то кандидата. Полагаю, ни у кого его победа не вызывает сомнения.

Рассмотрим другой условный пример, когда на выборы явились все избиратели, но лидирующий кандидат получил «только» 90% голосов. Многие посчитают, что логично объявить его победителем – ведь он получил абсолютное число голосов. Конечно, если какой-то кандидат набрал голосов больше половины ОБЩЕГО числа избирателей округа, его победа почти несомненна и отвечает требованиям мажоритарной системы абсолютного большинства. Так и было у нас до 1989 года. Хотя такие абсолютные победители проявляются не всегда.

Но кроме этой логики есть еще особая логика разработчиков закона. Они считают себя вправе объявить выборы несостоявшимися, поскольку лидирующий кандидат не смог получить 100% голосов. Логика их такова – а вдруг где-то есть человек, за которого мечтают проголосовать все 100% избирателей этого округа. Надо пока выборы объявить несостоявшимися, а на повторных выборах этот чудо-кандидат, может быть, и проявится. Явно эта специфическая логика разработчиков не озвучивается, но просматривается в их подходе к мажоритарной системе относительного большинства.

Мажоритарная система относительного большинства исходит из осознания той реальности, что человека, за которого согласно проголосовать абсолютное большинство избирателей округа, может и не быть в природе. Реальна ситуация, когда против каждого кандидата выступает абсолютное большинство избирателей округа. Выходом было решение считать избранным того, кто получил относительное большинство – больше, чем каждый из его соперников. То есть получит наибольшее число голосов «ЗА», даже если абсолютное большинство избирателей против него. Такое правило установления результатов выборов избавляет от тупиковых ситуаций  и ничуть не мешает явному лидеру получить не относительное, а абсолютное большинство голосов избирателей.

То есть популярность кандидатов измеряется количеством голосов «ЗА», поданных за каждого конкретного кандидата персонально. Тем самым введена мера - количеством голосов «ЗА», поданных за каждого конкретного кандидата персонально. Ею измеряется рейтинг кандидатов.

Если лидирующий кандидат получил 10% голосов, то это вполне может означать, что 90% избирателей против него. Но за других кандидатов проголосовало еще меньше избирателей.

Количество голосов, собранных строкой «Против всех», это ДРУГАЯ мера и она никак не отвечает на вопрос, КТО ЖЕ ИМЕННО должен получить мандат.

Такая мажоритарная система относительного большинства применяется в большинстве стран мира. Завышенные требования системы абсолютного большинства слишком часто приводили к многократным безрезультатным выборам. На Украине, например, в каждом из двух туров голосования победитель должен быть набрать более 25% от полного числа избирателей округа, а не от числа проголосовавших избирателей.

Но необходимость перехода к системе относительного большинства разработчиками наших избирательных законов полностью еще не осознана. Переход от мажоритарной системы абсолютного большинства к мажоритарной системе относительного большинства, которая существует во многих странах, не вызывал бы возражений, если бы эта система перенималась комплексно, с той свободой выдвижения кандидатов, что существует в странах с системой относительного большинства. В Индии, например, если в округе был выдвинут всего один кандидат, то выборы вообще не проводятся, а мандат сразу выдается кандидату. В этом нет никакого ущемления прав избирателей, так как в Индии для выдвижения кандидата в округе требуется только его желание, не требуется ни одной подписи избирателей в поддержку. Если при этих условиях кандидат всего один – значит, никого другого и не хотят.

Закон о гарантиях избирательных прав устанавливает, что для того, чтобы выборы состоялись, достаточно участия в выборах 20% избирателей округа. То, что 80% избирателей не явились на выборы, закон считает несущественным. Невысказанное мнение 80 процентов избирателей округа объявляется несущественным, даже если оно едино, если все 80% избирателей мечтают об избрании одного и того же человека, у которого, например, отменили регистрацию кандидата. Но так как о предпочтениях этих 80% избирателей ничего достоверно неизвестно, то логично считать, что выборы состоялись.

Предположим, в округе баллотируется кандидат исключительных достоинств. За него согласны проголосовать все те 20 % избирателей, что пришли на выборы. Но дело в том, что таких кандидатов 10. И каждый, несмотря на свою исключительность, получит лишь по 2% голосов от общего числа избирателей округа при явке избирателей в 20%, считающейся достаточной.

Но выборы будут считаться несостоявшимися, если строка «Против всех кандидатов» соберет голоса 2,00001% процента от полного числа избирателей округа. Почему-то предполагается, что все проголосовавшие «Против всех кандидатов» хотели проголосовать за какого-то одного гипотетического кандидата, который должен был бы победить, но раз ему не дали выдвинуться, то выборы нужно признать несостоявшимися.

Но почему это предположение, эта логика не применяется к тем 80% избирателей, что не пришли на выборы? Если такой гипотетический кандидат мог быть, то, наверное, надо было дать ему возможность выдвинуться, а его сторонникам дать возможность проголосовать ЗА НЕГО, а не только в строке «Против всех».

Мнение 80% избирателей предлагается считать несущественным, а мнение 2,00001% избирателей - решающим. Хотя о предпочтениях ни тех, ни других избирателей не известно ничего. Ниоткуда не следует, что все 2,00001% избирателей, проголосовавшие «Против всех кандидатов», мечтали отдать свой голос какому-то ОДНОМУ человеку, потенциальному кандидату. Поэтому, мол, надо признать выборы несостоявшимися, назначить новые выборы, дать этому человеку зарегистрироваться кандидатом и с блеском победить.А может быть все избиратели, голосовавшие «Против всех кандидатов», вообще против самого существования выборного органа, вообще никого не хотят избирать, а хотят лишь СОРВАТЬ выборы.

А вдруг все они жуткие эгоцентристы и согласны проголосовать «ЗА» только за себя (если кандидатом будет сам голосующий избиратель). Тогда совершенно непонятно, почему эти НЕСОСТОЯВШИЕСЯ голоса «ЗА» надо сложить в одну кучу и сравнить эту кучу с числом голосов, поданных за одного конкретного лидирующего кандидата.

Лишь если больше половины принявших участие в голосовании избирателей голосует «Против всех кандидатов», не хочет выборов из данного набора кандидатов, то выборы следует считать несостоявшимися. А если уж выборы состоялись, то победитель определяется относительным большинством голосов по отношению к другим кандидатам, а не по отношения к строке «Против всех кандидатов». Закон же почему-то предписывает сравнивать число голосов «против всех кандидатов» с числом голосов, поданных за лидирующего кандидата.

С чем же следует сравнивать количество голосов «Против всех»? Ведь строка «Против всех кандидатов» - это ответ «НЕТ» (один из двух возможных ответов) на подразумевающийся вопрос: «Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?». Этому ответу должен быть противопоставлен ответ «ДА» на тот же вопрос: «Согласны ли Вы из ЭТИХ кандидатов избрать депутата?». Ему соответствует суммарное число голосов, поданных за всех кандидатов, т.е. СУММА голосов, поданных за каждого кандидата в отдельности. Вот эти количества голосов за варианты ответа «НЕТ» и «ДА» и имеет смысл сравнивать. Сравнивать количество голосов, поданных за какого-то кандидата, с количеством голосов «Против всех» - нарушение единства меры.

Законы о выборах и об их фальсификации

От несоответствия логике норм законов о выборах перейдем к не менее важной теме – теме фальсификации результатов выборов.

Хотя каждые выборы сопровождаются массой публикаций о фальсификациях итогов голосования и самих результатов выборов, работ, систематизирующих различные способы фальсификации, очень мало. Странно, что не известны и работы Центральной избирательной комиссии в этой области. А ведь именно с фальсификациями, по словам ее председателя А.А.Вешнякова, ЦИК ведет непримиримую борьбу. Правда, по словам другого члена ЦИК, большинство членов ЦИК считают, что фальсификации в принципе невозможны, поэтому борьба с ними достаточно лишь провозгласить, так как ничего другого невозможно сделать.

В СМИ с легкой руки некоторых политологов термин фальсификации используется слишком в широком смысле. Этим термином называют не только административный ресурс, соответствующий букет различных нарушений законодательства и грязных, но не противоречащих закону неэтичных способов агитации и манипулирования людьми. Фальсификацией называют даже выбор властью самой избирательной системы. Конечно, если один кандидат постоянно на телеэкране при полном отсутствии в телеэфире других кандидатов, выборы нельзя называть честными и справедливыми, но называть это фальсификацией неправильно.

Фальсификациями  в узком смысле слова считаются искажения волеизъявления избирателей в процессе голосования и подсчета голосов: лишение части избирателей возможности проголосовать,  предоставление возможности проголосовать посторонним лицам, не являющимся избирателями, вброс бюллетеней, вписывание лишних значков в бюллетень, превращение тем самым его в недействительный,  подмена бюллетеней, неправильный подсчет, изъятие бюллетеней, подмена  протоколов об итогах голосования и т.п.

Для большей наглядности проследим всю цепочку голосования – от изготовления бюллетеней до подведения результатов выборов Центральной избирательной комиссией. На каждом этапе будет отмечаться возможность фальсификации  и степень защиты от нее, предусмотренная нормами закона и инструкций ЦИК.

Перед этим целесообразно рассмотреть сам механизм разработки избирательных законов, появления в нем  довольно странных норм.

Закон о выборах – сверхзакон

Закон о выборах - это не просто один закон из многих. Это закон о власти.

О том, как ее получают в соответствии с народным волеизъявлением, и о том, как ее удерживают, может быть, и вопреки этому волеизъявлению.

Сверхзадача избирательных законов, принимаемых действующей властью, - обеспечить сохранение себя с помощью общепринятых демократических процедур. У власти всегда существует соблазн сделать закон более удобным для себя. Но в странах развитой демократии реализации такого соблазна мешает гражданское общество, контроль средств массовой информации. Конечно, в любой стране действующий президент, правящая партия имеют определенные преимущества во время выборов. Но пределы использования этих преимуществ в одних странах определяются понятиями этики («этично» - «не этично»). В других странах ограничения, если и существуют, то лежат в области уголовного права («запрещено» - «не запрещено»; «наказуемо» - «не наказуемо»; «запрещено, но ненаказуемо»).

В понимании современного человека фальсификация результатов выборов, безусловно, является уголовным преступлением, а не только неэтичным поступком.

Но власть имеет право устанавливать не только правила выборов, но и определять, что является уголовным преступлением, а что нет. И даже если власть признает фальсификацию результатов выборов уголовным преступлением, это еще не значит, что фальсификация выборов повлечет какое-либо наказание. Ведь суд назначает наказание за установленное им уголовное преступление - фальсификацию результатов выборов лишь после принятия дела к рассмотрению. А право обратиться в суд по этому поводу тоже регулируется отдельной нормой закона, которая может сделать угрозу уголовного наказания эфемерной.

ЦИК сам кует законы, которым будет служить

Избирательная система России еще очень молода (ей всего десять лет), но избирательные законы уже несколько раз радикально перерабатывались. Последняя переработка избирательных законов была так радикальна, что, как сказал председатель ЦИК А.А. Вешняков, в избирательном законодательстве корректировать больше нечего. Причиной последней по времени переработки избирательных законов послужило принятие в 2001 г. закона «О политических партиях». Этот закон предоставлял политическим партиям исключительное право выдвигать кандидатов на выборные должности, лишив этого права все 100 с лишним миллионов беспартийных граждан. Речь идет именно о выдвижении кандидатом другого гражданина, а не о самовыдвижении «себя любимого». Теперь 100 миллионов беспартийных избирателей лишены права выдвинуть академика Сахарова. Но ЛДПР имеет право выдвинуть О. Малышкина даже без сбора подписей. Это явно противоречит 19 статье Конституции, где гарантируется равенство прав граждан, партийных и беспартийных. Но об этой статье Конституции разработчики избирательных законов предпочитают не вспоминать.

На прошедших выборах Государственной Думы Центральная избирательная комиссия выступала не просто правоприменителем. Проекты нынешних избирательных законов разрабатывалась группой специалистов Центризбиркома. Об этом с гордостью сообщал председатель ЦИК А.А. Вешняков (см. Вешняков. А.А. Практика диктует новеллы // Журнал о выборах. № 3. 2001.) Но в Государственную Думу они вносились от имени президента. Представителем президента по этим законам был назначен Вешняков.

Дальнейшая работа с этими законопроектами в Государственной Думе тоже велась под эгидой ЦИК. Многочисленные разрозненные поправки в эти законопроекты, внесенные депутатами, концепцию законов изменить не смогли, хотя некоторые изъяны удалось устранить. Поэтому выборы в Государственную Думу проходили именно по тем нормам, которые хотела видеть в законе ЦИК, и ссылаться на несовершенство закона о выборах у ЦИК нет оснований.

Вешняков сообщил, что именно ЦИК была разработана недавно ратифицированная Конвенция «О стандартах демократических выборов, избирательных прав и свобод в государствах СНГ». Центризбиркомом также был разработан другой законопроект - проект Европейской Конвенции «О стандартах выборов, избирательных прав и свобод». Из сравнения одних названий сразу становится очевидным, что в государствах СНГ выборы демократические, а в Европе - просто выборы, об их демократичности говорить не приходится.

По словам председателя ЦИК, смысл этих Конвенций в том, что государства, ратифицировавшие их, не должны принимать свои национальные законы о выборах со стандартами, ниже стандартов Конвенций, которые обеспечивают демократический процесс выборов.

Выступая в 2002 г. на сессии Межпарламентской Ассамблеи СНГ в  Санкт-Петербурге, Вешняков сообщил парламентариям, что подписавшие документ страны берут на себя обязательства не опускаться ниже обозначенных стандартов.

Сравнение этих документов с текстами новых российских избирательных законов, нового Гражданского процессуального кодекса (ГПК), поправками, внесенными летом 2003 г. в Уголовный кодекс (УК) и Кодекс об административных правонарушениях (КоАП) выявило некоторые расхождения, влияние которых на демократичность выборов может оказаться очень существенным.

Так, например, по проекту европейских стандартов выборов наблюдатель при подсчете голосов имеет право видеть отметки избирателя в бюллетене (ст. 15 п. 4.4. - «наблюдать за подсчетом голосов избирателей в условиях, обеспечивающих визуальную обозримость содержания бюллетеней»).

А по стандартам СНГ наблюдателю достаточно видеть картину подсчета голосов в общем, без ненужных подробностей (ст. 14 п. 3 пп. д) - наблюдать за подсчетом голосов избирателей в условиях, обеспечивающих обозримость только процедуры подсчета бюллетеней.

И проект Европейской Конвенции, и Конвенция СНГ считают честность подсчета голосов необходимым условием справедливых выборов. Но ни в одном российском избирательном законе этого очевидного условия нет. В законе об основных гарантиях избирательных прав указывается, что государством гарантируется лишь свободное волеизъявление граждан. Честность подсчета голосов государство не гарантирует. И это не просто умолчание о том, что якобы подразумевается само собой. В законах есть нормы о праве присутствия наблюдателей при подсчете голосов, но нет прописанных законом процедур проверки правильности подсчета голосов.

В тоже время и стандарты СНГ, изложенные в соответствующей Конвенции, имеют интересные особенности. Например, они на одну доску ставят фальсификаторов итогов голосования и тех, кто уклоняется от участия в фальсифицируемых выборах. Статья 9 (п. 8) Конвенции СНГ утверждает, что «лица и органы, чья деятельность направлена на фальсификацию подсчета голосов, итогов голосования и результатов выборов, на воспрепятствование свободному осуществлению гражданином его избирательных прав и свобод, в том числе в форме бойкота или призывов к бойкоту выборов, отказу от выполнения избирательных процедур или избирательных действий, должны преследоваться по закону».

Фальсификации – то ли будут, то ли нет

На сайте Центральной избирательной комиссии РФ (http://www.cikrf.ru) содержится масса выступлений в СМИ ее председателя А.А.Вешнякова. В них об одних нововведениях законов Вешняков говорил много и охотно, а другие особенности законов никогда не затрагиваются.

Парламентские выборы 2003 г. регулировались новым избирательным законодательством. Два основных закона — «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» №67-ФЗ (Закон «О гарантиях») и «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» №175-ФЗ (Закон «О выборах») были приняты перед выборами.

В течение всей избирательной кампании по выборам в Государственную Думу председатель ЦИК РФ уверял, что по новым избирательным законам никакая фальсификация невозможна.

Но 2 декабря 2003 г. на селекторном совещании с главами региональных избирательных комиссий он стал грозить уголовной ответственностью за любую попытку фальсификации. «Особенно это касается отщепенцев, приверженцев старой советской системы, которые желают угодить местной власти».[1] Значит, фальсификации все же возможны, а тех членов комиссии, что стараются угодить другой, не «местной» власти, угроза уголовной ответственности касается не «особенно».

Попытка разобраться в том, возможны ли фальсификации и насколько их угроза реальна, привела к довольно неожиданным выводам. Оказывается, они не только возможны, как в принципе возможно нарушение любой нормы любого закона. Они, оказалось, даже защищены законом…

Но российское законодательство позволяет сфальсифицированные итоги голосования оставить в неприкосновенности даже в ходе судебных разбирательств.

Анализ этих особенностей законов придется начать издалека. В 1994 г. была принята Декларация Межпарламентского союза «О критериях свободных и справедливых выборов». За ее принятие проголосовали представители всех 112 стран, в том числе и России. В четвертом разделе Декларации «Права и обязанности государств» содержалась норма: «государства должны обеспечить честный подсчет голосов».

Как уже было указано выше, эту норму Декларации, а также Конвенций, законодатели не хотят включать ни в один российский избирательный закон. В главном избирательном Законе «О гарантиях» государством гарантируются лишь «свободное волеизъявление граждан», но никак не честный подсчет голосов.

Мировой рекорд фальсификации выборов был установлен в 1927 году в Либерии. Действовавший тогда президент победил на выборах, получив голосов в 16 раз больше, чем было избирателей в списке.

Имитация честности

Избирательные законы России вполне пригодны для установления нового мирового рекорда. В них вообще не сравнивается число избирателей и число оказавшихся в урне бюллетеней.

В Законе «О гарантиях» содержится только упоминание о каких-то контрольных соотношениях, которые необходимо проверять после подсчета голосов, но сами контрольные соотношения ни в Законе, ни в приложениях к нему не приводятся. Обнаружить их можно только в приложениях к законам о выборах депутатов Госдумы и президента страны. В приложении № 5 к закону о выборах депутатов ГосДумы и в приложении № 4 к закону о выборах Президента РФ приводятся всего по четыре контрольных соотношения. При этом они изложены чрезвычайно кратко и непонятно, при многословии законов в целом.

Например, так выглядит Приложение № 5 закона о выборах Государственной Думы:

«Приложение 5

Контрольные соотношения данных, внесенных в протокол  об итогах голосования (числами обозначены строки протокола,  пронумерованные в соответствии  со статьей 80 настоящего Федерального закона)

1 больше или равно 3 + 4 + 5

2 равно 3 + 4 + 5 + 6

7 + 8 равно 9 + 10

10 равно 18 + все последующие строки протокола».

Аналогично выглядит и приложение с контрольными соотношениями в законе о выборах президента РФ.

    Число избирателей, проголосовавших досрочно
Число избирателей в списке > = + число избирателей, проголосовавших в помещении участка
    + число избирателей, проголосовавших на дому

Первое из имеющихся контрольных соотношений следит за тем, чтобы на участке не было выдано бюллетеней больше, чем было избирателей в списке. Оно сравнивает общее число избирателей в списке с суммой чисел избирателей участка, получивших бюллетени досрочно, получивших бюллетени в помещении для голосования на участке и получивших бюллетени на дому.

Второе контрольное соотношение следит за расходованием бюллетеней, полученных из вышестоящей комиссии. Оно сравнивает число бюллетеней, полученных избирательной комиссией, с суммой числа бюллетеней, выданных избирателям, проголосовавшим досрочно, числа бюллетеней, выданных в помещении для голосования, числа бюллетеней, выданных при голосовании на дому, и числа погашенных неиспользованных бюллетеней.

    Число бюллетеней, выданных досрочно проголосовавшим избирателям
Число полученных комиссией бюллетеней = + число бюллетеней, выданных на участке
    + число бюллетеней, выданных избирателям на дому
    + число погашенных бюллетеней

Третье контрольное соотношение выполняется только в том случае, если бюллетени, установленной формы (т.е. имеющие печать данной комиссии и две подписи ее членов), извлеченные из стационарных и переносных урн, разделены на две группы - действительные и недействительные бюллетени. Недействительными бюллетенями считаются те, в которых избиратель отметил больше одной позиции, или не отметил ни одной.

Число бюллетеней в переносных урнах = Число недействительных бюллетеней
+ число бюллетеней в стационарных урнах   + число действительных бюллетеней

Последнее, четвертое соотношение содержит ошибку. Оно не соответствует утвержденной ЦИК форме протокола об итогах голосования. Дело в том, что строки протокола не заканчиваются строкой «Число голосов, поданных против всех …». Ниже ее в протоколе идут еще две строки, содержащие сведения о количестве жалоб, поступивших в комиссию в день голосования и сведения о количестве актов, составленных комиссией в день голосования. Ясно, что эти данные сравнивать с числом действительных бюллетеней не следует. Поэтому в четвертом контрольном соотношении следовало бы указать, что суммируются данные в строках, начинающихся с 18-й и заканчивающихся строкой «Число голосов избирателей, поданных против всех».

На честных выборах четвертое соотношение выполняется лишь в том случае, если сумма голосов, поданных за всех кандидатов (все списки кандидатов) и за строку «Против всех кандидатов (все списки кандидатов)» совпадает с общим числом действительных бюллетеней.

Этих соотношений для проверки честности выборов явно недостаточно. Например, в приложениях к обоим законам явно не хватает соотношений, связанных с учетом открепительных удостоверений, объявленных этими же законами документами строгой отчетности.

При честной выдаче бюллетеней и честном подсчете голосов все четыре упомянутые контрольных соотношения выполняются. Но выполнение всех этих четырех соотношений не исключает возможность фальсификации выборов. В них нет сравнения числа избирателей, принявших участие в выборах, с числом избирателей, принявших участие в голосовании. Как уже объяснялось, эти числа не тождественны.

На честных выборах (при отсутствии вброса бюллетеней и честном подсчете бюллетеней) число бюллетеней в урнах может быть равно или меньше числа выданных бюллетеней. Ведь некоторая часть избирателей предпочитает бюллетень уносить с собой.

Закон и ЦИК на службе «вброса»

Одним из самых распространенных способов фальсификации итогов голосования является вброс лишних бюллетеней в урны для голосования. Вброс лишнего количества бюллетеней может произойти и без участия данной участковой комиссии. Ведь добыть лишние бюллетени, подделать печать участковой комиссии и подписи ее членов - вполне решаемая задача. Нашумевшее изготовление 800 тысяч сверхплановых фальшивых бюллетеней на выборах президента Башкортостана - сорвавшаяся (?) попытка именно такого рода фальсификации. В других регионах РФ технические возможности печати фальшивых бюллетеней не хуже. Ясно, что после совершенного вброса лишних бюллетеней никакая честность подсчета бюллетеней не гарантирует установление подлинных результатов выборов, они уже сфальсифицированы.

ЦИК и Государственная Дума при подготовке законов о выборах могли законодательно затруднить вброс лишних бюллетеней. Достаточно было законом ограничить ширину прорези в урне, чтобы бюллетени опускались по одному. Но разработчики закона не захотели сделать это.

После принятия законов у ЦИК оставалась возможность исправить положение, предусмотрев в своих инструкциях узкую щель в урнах для голосования. Но вместо этого она сделала прямо противоположное. Вот яркий пример, как ЦИК борется с честностью выборов. Подчеркну, не за честность, а с честностью выборов. ЦИК горой стоит за максимальную легкость вброса. Поэтому она постановила, что ширина щели в ящике урны может быть как угодно велика, лишь бы она была не менее 1 см, иначе вброс бюллетеней пачками будет затруднен. Я специально измерил ширину щели в новом пластмассовом ящике для голосования - 15мм. Это 200 бюллетеней, которые вбрасываются в урну одной пачкой.

Причем за безграничную ширину щели ЦИК проголосовала еще два раза, когда рекомендовала эту норму в «Рабочих блокнотах члена участковой избирательной комиссии» (См. Рабочий блокнот члена участковой избирательной комиссии. М. 2003 Рекомендован Центральной избирательной комиссией Российской Федерации (выписка из протокола заседания от 24 сентября 2003 года № 29-1-4.).

Кроме того, избирательное законодательство демонстрирует политику двойных стандартов. Если окажется, что в переносной урне бюллетеней окажется больше, чем было выдано бюллетеней для голосования в эту урну, закон предписывает все бюллетени в ней считать недействительными. Например, в переносную урну опустили бюллетени 99 проголосовавших избирателей. Но при вскрытии урны в ней оказалось 100 бюллетеней. Все 100 бюллетеней признаются недействительными.

Но аналогичное происшествие с бюллетенями в стационарной урне ни к каким последствиям не приводит. Если к 100 бюллетеням 100 проголосовавших избирателей в стационарную урну будет дополнительно опущено еще 100 заполненных бюллетеней из некоего «стратегического резерва», то все 200 бюллетеней будут признаны действительными. При этом число проголосовавших избирателей достигнет 200, хотя число избирателей, принявших участие в выборах останется равным 100, поскольку в списке избирателей осталось 100 подписей избирателей о получении бюллетеней.

Такая ситуация возможна, потому что закон вообще не требует сравнивать число выданных избирателям бюллетеней с числом бюллетеней, обнаруженных в стационарной урне. Любые противоречия допустимы.

Вброс гражданином в урну сотни лишних бюллетеней не считается ни уголовным преступлением, ни административным правонарушением. Правда, член избирательной комиссии, выдавший другому гражданину сотню бюллетеней для вброса, может быть оштрафован максимум на 1000 рублей. Но только в том случае, если согласие на наложение штрафа даст прокурор субъекта федерации. Если же член комиссии решит вбросить эти бюллетени сам на глазах изумленных наблюдателей, то никакой ответственности он не подлежит, она не предусмотрена Кодексом об административных правонарушениях.

Поэтому иногда звучащие призывы некоторых политиков к бойкоту выборов непродуктивны. Бойкот не только не приведет к срыву выборов, а наоборот, будет способствовать небывало высокой явке избирателей, записанной в протоколах избирательных комиссий. За непришедших избирателей бюллетени вбросят сами члены комиссии, ничем не нарушая закон. Но для того, чтобы выборы считались состоявшимися при недостаточной явке избирателей, вброс бюллетеней вовсе не обязателен. Члену комиссии при подсчете по спискам избирателей числа граждан, получивших бюллетень, достаточно просто назвать желательное число явившихся избирателей. Именно им определяется, состоялись выборы или нет.

Государственная тайна

Государственная Автоматизированная Система «Выборы» при вводе в нее протокола с участка об итогах голосования проверяет большее количество контрольных соотношений, чем их содержится в законе о выборах Государственной Думы и в законе о выборах президента РФ.

Какое количество и каких именно соотношений - остается загадкой, так как ни в федеральном законе «О Государственной автоматизированной системе Российской Федерации «Выборы»[2], ни в различных инструкциях ЦИК о работе этой системы контрольные соотношения не приводятся. Они почему-то не опубликованы, не утверждены никаким законодательным актом, их даже нет в инструкциях ЦИК. Хотя они вполне логичны и восполняют пробелы законов о выборах Думы и президента.

В частности, одно из этих дополнительных контрольных соотношений требует, чтобы число обнаруженных в урнах бюллетеней не превышало числа выданных избирателям бюллетеней. Но в выпущенной ЦИК инструкции[3] в разделе 2.15.7 б) содержится указание, что проверку контрольного соотношения числа обнаруженных и числа выданных бюллетеней можно и не проводить,в том случае, если оно нарушено. Цитирую:

«б) [3]+ [4]+ [5] >= [9] + [10]

Проверка данного соотношения позволяет оценить работу участковой избирательной комиссии по подсчету действительных и недействительных избирательных бюллетеней. При возникновении ситуации, описанной в пункте 2.10.6 настоящей Инструкции, проверка этого соотношения не производится. Если в ходе проверки участковая избирательная комиссия пришла к выводу, что существует факт превышения необходимого числа избирательных бюллетеней, то все бюллетени для голосования по одномандатному избирательному округу проверяются еще раз на предмет их соответствия установленной форме, включая проверку оттиска печати и подписей членов участковой избирательной комиссии, заверявших избирательные бюллетени. Если после произведенной проверки предварительный вывод участковой избирательной комиссии не изменился, участковая избирательная комиссия составляет акт о факте превышения необходимого числа избирательных бюллетеней, который приобщается к первому экземпляру протокола об итогах голосования участковой избирательной комиссии. Участковая избирательная комиссия вправе направить соответствующее заявление в правоохранительные органы.»

Смысл этого контрольного соотношения в том, что сумма чисел бюллетеней, выданных избирателям досрочно, на участке и на дому, больше или равна числу действительных и недействительных бюллетеней, обнаруженных во всех урнах. На честных выборах это соотношение должно выполняться всегда.

Но Инструкция ЦИК содержит своеобразную подсказку для фальсификаторов. Достаточно опустить один лишний бюллетень в переносную урну, и возникнет ситуация, описанная в пункте 2.10.6 (в этом пункте Инструкции ЦИК описывается случай превышение числа бюллетеней в переносной урне над числом избирателей, проголосовавших с использованием этой урны). То есть  все бюллетени в переносной урне признаются недействительными и потому проверять контрольное соотношение становится, по логике разработчиков, бессмысленным. После этого можно опускать любое количество лишних бюллетеней в стационарные урны - проверка на превышение числа бюллетеней над максимально возможным проводиться не будет.

Когда фальсификация – не фальсификация

Но фальсификация выборов возможна не только путем вброса лишних бюллетеней. В законе о гарантиях[4] в статье 79 приведен список тех действий, которые законодатель считает фальсификацией:

«Под фальсификацией итогов голосования в настоящем Федеральном законе понимается:

включение неучтенных бюллетеней в число бюллетеней, использованных при голосовании;

заведомо неправильное составление списков избирателей, участников референдума;

включение в них лиц, не обладающих активным избирательным правом, правом на участие в референдуме, либо вымышленных лиц;

замена действительных бюллетеней;

незаконное уничтожение официальных бюллетеней;

заведомо неправильный подсчет голосов избирателей, участников референдума;

подписание членами комиссии протокола об итогах голосования до подсчета голосов или подведения итогов голосования,

заведомо неверное (не соответствующее действительным результатам голосования) составление протокола об итогах голосования;

внесение изменений в протокол об итогах голосования после его заполнения (за исключением случая, установленного пунктом 10 статьи 77 настоящего Федерального закона)».

Очевидно, что данный список не полон.

Например, внесение при подсчете в бюллетень лишних значков, превращающих действительный бюллетень в недействительный, фальсификацией не считается.

Другой пример. Фальсификацией считается заведомо неправильный подсчет голосов. Но против просто неправильного подсчета голосов закон ничего не имеет - это не фальсификация. То есть, если считать голоса демонстративно неправильно, но приговаривать вслух «Это я нечаянно, а не заведомо», то это не фальсификация, и такой подсчет вполне годится.

В то же время закон позволяет признать действительными явно сфальсифицированные результаты. Есть и другие тонкости в определении фальсификации. Например, замена действительных бюллетеней, поданных за Иванова, бюллетенями, поданными за Петрова, считается фальсификацией. А вот замену недействительных и погашенных бюллетеней действительными бюллетенями за Петрова закон фальсификацией не считает. Поясню действие этой нормы условным примером. Если явка избирателей на участок была 60%, то все неиспользованные 40% бюллетеней погашаются перед вскрытием урн.

Если после этого заменить погашенные бюллетени таким же количеством действительных бюллетеней за Петрова (взятыми из «стратегического резерва»), то такая замена не попадает под определение фальсификации.

И все 40% бюллетеней могут законно стать действительными. И после составления нового исправленного протокола, в котором будет указана явка 100%, а погашенных бюллетеней вовсе не будет, эти новоявленные 40% бюллетеней могут стать решающим вкладом в победу Петрова. Вносить новые 40% подписей якобы проголосовавших избирателей в списки избирателей необязательно. Закон ведь не требует сравнивать число выданных бюллетеней, зафиксированных в списке избирателей, и число бюллетеней, обнаруженных в урнах.

Хотя в законе о гарантиях пять с половиной страниц посвящены фальсификациям и ответственности за нее, в законе нет прямой нормы, что сфальсифицированные итоги голосования подлежат обязательной отмене (признанию их недействительными).

Фальсификации неподсудны

В 46-й статье Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Казалось бы, именно в суде можно восстановить подлинные, неискаженные результаты народного волеизъявления, помешать фальсификации выборов, обжаловать другие нарушения избирательного законодательства.

Прежняя Госдума так усовершенствовала избирательное законодательство, что граждане потеряли право жаловаться в суд на то, что голоса считают нечестно.

По новому гражданскому процессуальному кодексу жаловаться в суд на фальсификацию выборов вправе только избирательные комиссии как коллегиальный орган.

В 259 статье ГПК искусственно разделены право обжаловать нарушение избирательных прав и право обжаловать нарушения избирательного законодательства.

Первый пункт данной статьи касается только нарушения избирательных прав. Нарушение избирательных прав – лишь один из видов нарушения избирательного законодательства.

Это гораздо более узкое понятие, чем нарушения избирательного законодательства (фальсификации в том числе). Избирательные права исчерпывающе перечислены в статье 2 закона о гарантиях, их перечень закрыт. Избиратель может агитировать, может ставить подписи в поддержку кандидата, может прийти на участок и получить бюллетени, может опустить их в урну, может наблюдать за этим процессом со стороны, если станет наблюдателем. Но требовать, просить, надеяться, мечтать о честном подсчете голосов - все это лежит за пределами избирательных прав, и на это претендовать избиратель не может.

На нарушение ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ могут жаловаться все.Но только на нарушение их прав, А НЕ НОРМ ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА.

Фальсификация итогов голосования проходит по другому разделу - «нарушение избирательного законодательства».

А на эту категорию нарушений законодательства жаловаться в суд не имеют права ни избиратели, ни кандидаты, ни партии, ни прокурор (даже Генеральный), ни Государственная Дума, ни Совет Федерации, ни Президент Российской Федерации, являющийся гарантом Конституции. Жаловаться на нарушения избирательного законодательства все они могут только в избирательные комиссии, и только как коллегиальный орган.

Даже член избирательной комиссии, протестовавший против фальсификации, проведенной на его глазах, лишен права обратиться в суд.

Действительно, процитируем 259 статью ГПК:

«Глава 26.

ПРОИЗВОДСТВО ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ИЗБИРАТЕЛЬНЫХ ПРАВ И ПРАВА НА УЧАСТИЕ В РЕФЕРЕНДУМЕ
ГРАЖДАН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Статья 259. Подача заявления о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»

«1. Избиратели, кандидаты, их доверенные лица, избирательные объединения, избирательные блоки, их доверенные лица, политические партии, их региональные отделения, иные общественные объединения, инициативные группы по проведению референдума и наблюдатели, прокурор, считающие, что решениями или действиями (бездействием) органа государственной власти, органа местного самоуправления, общественных объединений, избирательной комиссии, комиссии референдума, должностного лица нарушаются избирательные права или право на участие в референдуме граждан Российской Федерации, вправе обратиться с заявлением в суд по подсудности, установленной статьями 24, 26 и 27 настоящего Кодекса и другими федеральными законами…

2. Центральная избирательная комиссия Российской Федерации, избирательные комиссии субъектов Российской Федерации, избирательные комиссии муниципальных образований, окружные, территориальные и участковые избирательные комиссии, соответствующие комиссии референдума вправе обратиться с заявлением в суд в связи с нарушением избирательного законодательства, законодательства о референдуме органом государственной власти, органом местного самоуправления, должностными лицами, кандидатом, избирательным объединением, избирательным блоком, политической партией, ее региональным отделением, а также иным общественным объединением, инициативной группой по проведению референдума, избирательной комиссией, комиссией референдума».

И это не просто неудачная формулировка, на которую суд не будет обращать внимания. Я сам присутствовал на заседании суда субъекта федерации, когда судья говорил наблюдателю – заявителю: «Жаловаться на фальсификации Вы не вправе. Ни одно Ваше избирательное право не нарушено, Вы не надлежащий заявитель».

Гражданин имеет право подать жалобу на нарушение избирательного законодательства только в избирательную комиссию. И только комиссия имеет право решать, передавать эту жалобу в суд или поступить с ней иначе.

Любая фальсификация может быть законной

Во всех избирательных законах России правовые последствия обнаруженной фальсификации весьма  специфичны.

Даже если фальсификация была не просто широкомасштабна, а даже абсолютна и бесспорна (например, на участке все урны с бюллетенями избирателей демонстративно были заменены другими, и подсчет голосов по новым бюллетеням делался комиссией под угрозой оружия), то и в этом случае суд имеет законное право признать ДАЖЕ такие итоги действительными.

Суд МОЖЕТ отменить решение избирательной комиссии об итогах голосования, результатов выборов в случае, если нарушения избирательного законодательства не позволяют выявить действительную волю избирателей.

НО МОЖЕТ И не отменять.

Но разработчики законов не могли полностью положиться на сообразительность судей, на понимание ими содержащихся в законах намеков и возможностей. Поэтому во  все избирательные законы был введен прямой запрет на отмену судом сфальсифицированных результатов выборов или сфальсифицированных итогов голосования, если они сфальсифицированы «грамотно».

Пункт 5 статьи 77 Закона «О гарантиях» стоит привести целиком:

«Не могут служить основанием для отмены решения о результатах выборов, признания итогов голосования, результатов выборов недействительными нарушения настоящего Федерального закона, способствовавшие избранию либо имевшие целью побудить или побуждавшие избирателей голосовать за не избранных по результатам голосования кандидатов, за не принявшие участия в распределении депутатских мандатов списки кандидатов».

На практике это может обозначать следующее. Если на избирательном участке комиссия половину голосов избирателей, отданных партии «Яблоко» перепишет аутсайдеру выборов Народно-республиканской партии России (набравшей 0,1 % голосов), то отменять такой сфальсифицированный протокол суд не имеет права по прямой норме закона. Ведь и после этой приписки голосов Народно-республиканской партия России не преодолевает пятипроцентный барьер и не допускается к распределению депутатских мандатов, поэтому эта фальсификация - не основание для отмены итогов голосования.

Поэтому все украденное у «Яблока» и все прибавленное Народно-республиканской партии России таковым  и останется. Этому не может помешать ни Верховный Суд, ни Страсбургский суд. Ведь нарушения закона не было.

Утверждение Центризбиркомом официальных итогов выборов депутатов Государственной Думы состоялось в установленный законом срок.

Несмотря на то, что на 4 тысячах избирательных участков комиссии отказались выдать наблюдателям от КПРФ копии протоколов об итогах голосования, которые комиссии были обязаны выдать в соответствии с пунктом 25 статьи 81 закона о выборах Госдумы.

Несмотря на то, что из полученных 90 тысяч копий протоколов 60 тысяч копий протоколов содержали отклонения от данных, содержащихся в официальных документах избирательных комиссий

Теперь опротестование итогов голосования на каждом участке в отдельности возможно только в суде.

Законная безответственность фальсификаторов

Летом 2003 года в Уголовный Кодекс Российской Федерации была введена новая 142-1 статья «Фальсификация итогов голосования». В ней установлена серьезная ответственность за фальсификацию результатов выборов - до 4 лет лишения свободы. Об этой норме часто говорят официальные лица, требуя установить аналогичную ответственность для журналистов, нарушающих правила освещения выборов. Член ЦИК С.В.Большаков, отвечающий за предвыборную агитацию, в интервью «Газете.RU»[5], в январе 2003 года заявил:

«Вот возьмем, например, членов избирательной комиссии с правом решающего голоса. Для них предусмотрена ответственность – уголовная, административная. Почему для журналистов нет никакой ответственности? Почему, если член избирательной комиссии – коррупционер, то он должен сидеть в тюрьме, а журналист нет?»

А вот о другой норме закона о гарантиях члены ЦИК предпочитают не упоминать. Оказывается, сам закон о гарантиях избирательных прав граждан выступает своеобразным защитником фальсификаторов - членов избирательных комиссий. В соответствии с пунктом 18 статьи 29 этого закона член избирательной комиссии с правом решающего голоса не может быть привлечен к уголовной ответственности, подвергнут административным наказаниям, налагаемым в судебном порядке, без согласия прокурора субъекта Российской Федерации. Для членов ЦИК и председателей избирательных комиссий субъекта РФ - требуется согласие Генерального прокурора РФ. Заметим, что такая норма практически избавляет от ответственности не только за фальсификации, но и за любые другие преступления.

Можете ли вы представить себе, чтобы в уголовном кодексе содержалась норма: «Убийца не может быть привлечен к уголовной ответственности без согласия прокурора субъекта федерации»? А для фальсификатора результатов выборов аналогичная норма есть в законе о гарантиях.

А вот во введенной летом 2003 года в Уголовный Кодекс статье[6] финансирование кампании кандидата помимо избирательного фонда наказывается лишением свободы на срок до двух лет. При этом согласия прокурора субъекта федерации не требуется.

Следующий нюанс закона. Фальсификация итогов голосования, результатов выборов подлежит наказанию, но факт фальсификации и даже наказание за нее совершенно не влечет отмену сфальсифицированного протокола.

Часто бывает, что члены участковой комиссии уезжают с участка с одним протоколом, а в вышестоящую территориальную комиссию приезжают с другим – «правильным». Ранее закон умалчивал, какой протокол является правильным - тот, что составлялся гласно на глазах наблюдателей (и копии которого есть у всех наблюдателей) или тот, что привез председатель в территориальную комиссию. В 2002 году законодателям удалось внести в закон о выборах Госдумы замечательную норму. Теперь участковая комиссия имеет законное право переписать протокол об итогах голосования, внеся в него улучшения и исправления. После того, как наблюдатели, убедившись, что подсчет голосов был честным,  со своими копиями протокола ушли, участковая комиссия, сославшись на внезапно обнаруженные ошибки, может составить новый протокол, исправляющий «ошибки» первого, с новыми, исправленными и улучшенными итогами голосования (Закон «О выборах» ст. 81 п. 30). Вышестоящая комиссия принимает и вводит в систему ГАС «Выборы» исправленный протокол.

И новый протокол теперь будет официально считаться правильным, а унесенные копии первого протокола – копиями ошибочного протокола. И в суде не о чем спорить – ясно, что данные «ошибочного» протокола не могут быть тождественны данным «правильного» протокола. Было бы странно, если бы они совпадали. Так что результат судебных исков Яблока по поводу несоответствия протоколов можно предсказать заранее.

Другое дело, что проверить, соответствует ли исправленный протокол бюллетеням, обнаруженным в урнах, нельзя. Требуется верить членам избирательных комиссий на слово. Закон позволяет вскрыть запечатанные бюллетени лишь по решению вышестоящей комиссии или суда. Показывать или не показывать избирательные бюллетени, пересчитывать их или нет, решает вышестоящая комиссия или суд. То есть можно совершенно законно отказаться подтвердить пересчетом честность исправленного протокола. Закон не предписывает даже по официальной жалобе обманутых наблюдателей провести повторный пересчет голосов. А через несколько часов, после установления итогов голосования территориальной комиссией, решение о пересчете бюллетеней вообще не может быть принято ни территориальной, ни участковой комиссией.

Этим хитрости российского избирательного законодательства не исчерпываются. Если вчитаться в текст, то наиболее важные нормы закона оказываются слегка завуалированным вариантом знаменитой фразы «Казнить нельзя помиловать». Двусмысленная норма закона позволяет применять ее по-разному к желательным и нежелательным кандидатам. Важнейшие нормы закона изложены так: «комиссия вправе», «комиссия может», но не «комиссия обязана» или «комиссия должна». Какое-либо нарушение не «влечет то-то и то-то», а лишь «является основанием для того-то и того-то». То есть, может повлечь, а может и не повлечь…

В законе написано: в случае, когда невозможно установить волеизъявление избирателей, суд может принять решение о признании решения избирательной комиссии ЦИКа недействительным. Но, значит, может и оставить решение в силе, несмотря на не установленное волеизъявление избирателей.

Старинное наблюдение - «свирепость российских законов смягчается необязательностью их исполнения» остается по-прежнему справедливым. Но уж если решают их исполнять, то очень избирательно по отношению к объекту их применения. Яркий пример, состоявшиеся в 2003 г. выборы мэра Норильска. После первого тура выборов была отменена регистрация лидирующего кандидата (получившего 47% голосов) Мельникова. Но второй тур выборов не состоялся, так как все остальные кандидаты сняли свои кандидатуры по очереди. В соответствии с пунктом 31 статьи 38 Закона «О гарантиях» последний самоустранившийся кандидат должен был возместить избирательной комиссии все ее расходы. И эта норма закона является обязательной. Но и прокуратура, и ЦИК предпочли эту норму закона не замечать. Интересная деталь - последним снявшимся кандидатом был именно тот, что и организовал отмену регистрации кандидата Мельникова.

Другой способ фальсификации итогов голосования - точечно отменить итоги голосования на отдельных участках, так, чтобы победителем после этого стал желательный кандидат, как было на выборах мэра Ноябрьска в 2003 году.

В начале каждого закона о выборах есть специальная статья «Гласность в деятельности избирательных комиссий». Там декларируются совершенно правильные нормы о правах наблюдателя. Но законодатель почему-то их забывает, переходя к описанию процедуры подсчета голосов избирателей в бюллетенях. Так, например, в статье 31 Закона «О выборах» установлено, что наблюдатель имеет право «наблюдать за подсчетом голосов избирателей на избирательном участке на расстоянии и в условиях, обеспечивающих ему обозримость содержащихся в избирательных бюллетенях отметок избирателей». Но в заключительной части закона, в статье 81, в описании процедуры подсчета голосов в бюллетенях, к столу, на котором считают бюллетени, допускают только членов избирательной комиссии, но не наблюдателей. Наблюдателям должен быть обеспечен лишь «полный обзор действий членов участковой избирательной комиссии». Уже содержащееся в законе право наблюдателя видеть пометки избирателя в бюллетене разработчики закона из ЦИК и депутаты Государственной Думы игнорируют.

В законах содержится подсказка, как избавиться от настырного наблюдателя, непременно желающего воспользоваться своим правом видеть отметки избирателей в бюллетенях. Для этого, намекает Закон «О выборах» (ст. 77 п. 15), достаточно обвинить его в нарушении законодательства о выборах. После принятия решения комиссии об удалении наблюдателя, он удаляется силами правоохранительных органов. При этом дежурящий на участке милиционер должен следить не за соблюдением законодательства о выборах, а слепо выполнять распоряжения председателя комиссии.

Выполнять, даже если последние противоречат закону о выборах, и милиционеру это очевидно. Этому превосходству председателя над законом посвящен пункт 13 этой же статьи: «Председатель участковой избирательной комиссии следит за порядком в помещении для голосования. Распоряжения председателя участковой избирательной комиссии, отданные в пределах его компетенции, обязательны для всех присутствующих в помещении для голосования».

Но законы умалчивают, как поступать наблюдателю, если его заявления и жалобы комиссия отказывается принять, или комиссия отказывается выдать и заверить копию протокола.

Казалось бы, этих законных способов получения запланированных результатов выборов вполне достаточно, чтобы не допустить во власть фашистов, экстремистов, непримиримую оппозицию, просто оппозицию, маргиналов и просто ненужных власти людей. Именно этой целью компетентные лица в неофициальных беседах объясняют существование таких специфических норм закона.

Но закон есть закон, и законопослушным гражданам приходится его выполнять, понимая и критикуя все его недостатки и специфические хитрости. Анализ и критика действующих законов в Российской Федерации пока еще не запрещены. Но то, что обязательно для граждан, оказывается вовсе не обязательно для Центральной избирательной комиссии, правоприменительного органа.

Подлог в помощь закону

Вместо того, чтобы заниматься контролем за соблюдением избирательных прав граждан, как того требует закон о гарантиях избирательных прав в статье 21 в пункте 9, Центризбирком не боится заниматься откровенным подлогом, заменяя нормы законов о гарантиях избирательных прав и закона о выборах депутатов Государственной Думы своими инструкциями, противоречащими этим нормам.

Судите сами:

В начале важной инструкции о порядке подсчета голосов [7] в пункте 2.3.2. ЦИК потребовалось пересказать статью 31 закона о выборах Государственной Думы о гласности в деятельности избирательных комиссий. В пересказе ЦИК она выглядит так:

«2.3.2. В соответствии с положениями пунктов 1 и 5 статьи 31 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» на заседаниях участковой избирательной комиссии, а также при осуществлении ею работы со списком избирателей, с избирательными бюллетенями, открепительными удостоверениями, протоколами об итогах голосования вправе присутствовать члены и представители вышестоящих избирательных комиссий, кандидат, зарегистрированный окружной либо вышестоящей избирательной комиссией, или его доверенное лицо, или его уполномоченный представитель по финансовым вопросам, уполномоченный представитель или доверенное лицо политической партии, избирательного блока, федеральный список кандидатов которых зарегистрирован, или кандидат из указанного списка.

Для присутствия на заседаниях и при осуществлении участковой избирательной комиссией работы с перечисленными избирательными документами указанным лицам не требуется дополнительное разрешение избирательной комиссии».

Сравнение этого пересказа нормы закона с самим законом показало, что к членам вышестоящих комиссий, которым не требуется разрешение комиссии для присутствия на заседании комиссии, Центризбиркомом было вписано «и представители» (которых нет в законе).

Можно убедиться:

«Статья 31. Гласность в деятельности избирательных комиссий

1. На всех заседаниях любой избирательной комиссии, а также при осуществлении участковой, территориальной избирательными комиссиями работы со списками избирателей, с избирательными бюллетенями, открепительными удостоверениями, протоколами об итогах голосования вправе присутствовать члены вышестоящих избирательных комиссий, кандидат, зарегистрированный данной либо вышестоящей избирательной комиссией, или его доверенное лицо, или его уполномоченный представитель по финансовым вопросам, уполномоченный представитель или доверенное лицо политической партии, избирательного блока, федеральный список кандидатов которых зарегистрирован, или кандидат из указанного списка. Для присутствия на заседаниях избирательной комиссии и при осуществлении ею работы с перечисленными избирательными документами указанным лицам не требуется дополнительное разрешение».

Подлог настолько мелкий, что его можно было бы не замечать. Но это не единственный подлог в данной инструкции. Другой гораздо серьезнее.

До сих пор речь шла о нормах закона, прямо способствующих фальсификации итогов голосования. Но закон содержит и нормы, ведущие к тому же менее явно. Например, норма закона о выборах, что максимальное число избирателей на участке составляет три тысячи, а максимальное число членов участковой комиссии - 19 человек. Так как выборы в Государственную Думу часто совмещаются с выборами глав региональных администраций, то на участке подсчитываются 9 тысяч бюллетеней [8], а иногда и более, если к выборам главы субъекта добавляются выборы органов местного самоуправления.. Закон установил явно нереальную норму - 18 членов комиссии обязаны просто ждать, пока один член комиссии под контролем наблюдателей пересчитает 9 тысяч бюллетеней. В действительности  процесс подсчета бюллетеней ведется одновременно несколькими членами комиссии, с явным нарушением норм закона и прав наблюдателей. Они теряют возможность видеть пометку избирателя в каждом бюллетене. Нереалистичной нормой закона члены комиссии подталкиваются к нарушению этой нормы и несоблюдению других. Этого можно было бы избежать, уменьшив в несколько раз максимальное число избирателей на участке и, соответственно, число членов участковой комиссии на участках с максимальной численностью избирателей.

Цитата из закона о выборах депутатов Государственной Думы (статья 81 пункт 19):

«После этого с рассортированными избирательными бюллетенями вправе визуально ознакомиться наблюдатели, иностранные (международные) наблюдатели под контролем членов участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса, а члены избирательной комиссии с правом совещательного голоса вправе убедиться в правильности проведенного подсчета».

Цитата из закона о гарантиях избирательных прав (статья 68 пункт 21): «После этого с рассортированными избирательными бюллетенями под контролем членов участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса вправе визуально ознакомиться наблюдатели, а члены участковой комиссии с правом совещательного голоса вправе убедиться в правильности проведенного подсчета».

Но это нормы закона. А вот как выглядит этот этап установления итогов голосования в документе ЦИКа[9] (пункт 2.14.4).

«Члены избирательной комиссии с правом совещательного голоса, наблюдатели, иностранные (международные) наблюдатели вправе визуально ознакомиться с рассортированными избирательными бюллетенями под контролем членов участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса». То есть ЦИКом права членов комиссии с правом совещательного голоса, равные правам члена комиссии с правом решающего голоса, сведены к правам бесправных (по российскому законодательству) иностранных наблюдателей.

Отметим, что в десятках выступлений в СМИ председателя ЦИК Вешнякова, размещенных на сайте Центризбиркома, есть упоминание о праве присутствия при подсчете голосов наблюдателей от кандидатов и партий, но нет упоминания о членах комиссии с правом совещательного голоса, направляемого в комиссию тем же кандидатом, той же партией. Разница в их статусе очень велика. Наблюдатель может только наблюдать и верить комиссии на слово, а член комиссии с правом совещательного голоса имеет право пересчитать каждую пачку бюллетеней.

После принятия закона о неподсудности членов избирательных комиссий (пункт 18 статьи 29 закона о гарантиях избирательных прав) они не боятся даже персонально подписываться под совершенным подлогом. Так, например, в «Научно-практическом комментарии к Федеральному закону «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» секретарь ЦИКа Ольга Застрожная в своем комментарии законных прав членов комиссии с правом совещательного голоса бесстрашно эти права отменяет, несмотря на то, что цитата из закона находится на соседних страницах.

Вот как выглядит норма закона (статья 29 часть пункта 23):

23. Член комиссии с правом решающего голоса и член комиссии с правом совещательного голоса:

г) вправе знакомиться с документами и материалами (в том числе со списками избирателей, участников референдума, с подписными листами, финансовыми отчетами кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, бюллетенями), непосредственно связанными с выборами, референдумом, включая документы и материалы, находящиеся на машиночитаемых носителях, соответствующей и нижестоящих комиссий и получать копии этих документов и материалов (за исключением бюллетеней, открепительных удостоверений, списков избирателей, участников референдума, подписных листов, иных документов и материалов, содержащих конфиденциальную информацию, отнесенную к таковой в порядке, установленном федеральным законом), требовать заверения указанных копий;

д) вправе удостовериться в правильности подсчета по спискам избирателей, участников референдума числа лиц, принявших участие в голосовании, в правильности сортировки бюллетеней по кандидатам, избирательным объединениям, избирательным блокам, вариантам ответа на вопрос референдума;»

Научно-практический комментарий секретаря Центральной избирательной комиссии РФ О.К.Застрожной выглядит следующим образом (стр. 184 данного Комментария):

«Во время проведения подсчета голосов член комиссии имеет право получить информацию в полном объеме по всем параметрам подсчета, при этом, однако, если у члена комиссии с правом решающего голоса есть возможность самому участвовать в подсчете голосов, сортировке бюллетеней, то у члена с совещательным голосом - только возможность визуально удостовериться в правильности подсчета по спискам избирателей, участников референдума, сортировки бюллетеней и т.д.»

Этот научно-практический комментарий подписан в печать 19 июня 2003 года, после того, как были приняты законы о выборах депутатов ГосДумы и  Президента РФ. Во всех трех законах прямо указывается на различный объем прав наблюдателей и членов комиссии с правом совещательного голоса. Так, в законе о гарантиях в пункте 21 статьи 68 :

«21. После этого с рассортированными бюллетенями под контролем членов участковой комиссии с правом решающего голоса вправе визуально ознакомиться наблюдатели, а члены участковой комиссии с правом совещательного голоса вправе убедиться в правильности проведенного подсчета».

Интересно, что другие авторы данного комментария противоречат Застрожной и признают законное право членов избирательной комиссии с правом совещательного голоса убедиться в правильности подсчета голосов (стр. 568 данного комментария). Вот как выглядит их комментарий:

«21. Только после того, как члены участковой комиссии рассортируют бюллетени по кандидатам, спискам кандидатов, позициям «Да» и «Нет» и заполнят соответствующие строки протокола, с бюллетенями визуально, т.е. не прикасаясь к ним, могут ознакомиться наблюдатели, а также иные лица, присутствующие при подсчете голосов участковой комиссией. Члены комиссии с правом совещательного голоса, кроме того, вправе убедиться в правильности проведенного подсчета.»«

Первый блин интернеткомом

Новацией выборов Государственной Думы было размещение протоколов участковых избирательных комиссий в Интернете в соответствии с пунктом 2 статьи 82 закона о выборах Государственной Думы. В интервью[10] Вешняков заявил: «Не позднее чем через сутки после голосования все избирательные комиссии субъектов РФ по закону обязаны представить результаты в Интернет. Это уникальный в мировой практике опыт. Так что теперь любой наблюдатель может сравнить данные, полученные от участковой комиссии в форме копий протоколов итогов голосования, с размещенными на сайтах. Для этого надо войти на сайт Центризбиркома и там найти ссылку на любой из 89 электронных адресов региональных комиссий, где будут опубликованы данные по голосованию с каждого из 94 тысяч избирательных участков».

Это начинание можно было бы только приветствовать, если бы не совершенно неудовлетворительная реализация этой нормы. Не было никакой обобщающей информации о том, сколько процентов участковых протоколов размещено на сайте соответствующей избирательной комиссии субъекта Российской Федерации, и когда они были размещены. Одному человеку лично проверить, появились ли в течение суток протоколы 94 тысяч участковых комиссий совершенно невозможно. Почему-то этой информацией не располагал (не публиковал) и сайт ЦИК. Протоколы то появлялись, то исчезали. Данные тех протоколов, что удалось обнаружить размещенными на соответствующем сайте, отличались от бумажной версии протокола тем, что последние две строчки протокола об итогах голосования отсутствовали, и отсутствуют до сих пор, в чем можно убедиться и сейчас на сайте Центризбиркома.

Первая из них называлась:

«Сведения о количестве поступивших в участковую избирательную комиссию в день голосования и до окончания подсчета голосов избирателей жалоб (заявлений), прилагаемых к протоколу.»

Вторая отсутствующая в Интернете строка называлась:

«Сведения о количестве составленных участковой избирательной комиссией в день голосования и до окончания подсчета голосов избирателей актов и иных документов, прилагаемых к протоколу»

О практической реализации этой широко разрекламированной новеллы законодательства ЦИК ничего не сообщила.

Законная безответственность фальсификаторов

Летом 2003 года в Уголовный Кодекс Российской Федерации была введена новая 142-1 статья «Фальсификация итогов голосования». В ней установлена серьезная ответственность за фальсификацию результатов выборов - до 4 лет лишения свободы. Об этой норме часто говорят официальные лица, требуя установить аналогичную ответственность для журналистов, нарушающих правила освещения выборов. Член ЦИК С.В.Большаков, отвечающий за предвыборную агитацию, в интервью «Газете.RU», в январе 2003 года заявил:

«Вот возьмем, например, членов избирательной комиссии с правом решающего голоса. Для них предусмотрена ответственность – уголовная, административная. Почему для журналистов нет никакой ответственности? Почему, если член избирательной комиссии – коррупционер, то он должен сидеть в тюрьме, а журналист нет?»

А вот о другой норме закона о гарантиях члены ЦИК предпочитают не упоминать. Оказывается, сам закон о гарантиях избирательных прав граждан выступает своеобразным защитником фальсификаторов - членов избирательных комиссий. В соответствии с пунктом 18 статьи 29 этого закона член избирательной комиссии с правом решающего голоса не может быть привлечен к уголовной ответственности, подвергнут административным наказаниям, налагаемым в судебном порядке, без согласия прокурора субъекта Российской Федерации. Для членов ЦИК и председателей избирательных комиссий субъекта РФ - требуется согласие Генерального прокурора РФ. Заметим, что такая норма практически избавляет от ответственности не только за фальсификации, но и за любые другие преступления.

Можете ли вы представить себе, чтобы в уголовном кодексе содержалась норма: «Убийца не может быть привлечен к уголовной ответственности без согласия прокурора субъекта федерации». А для фальсификатора результатов выборов аналогичная норма есть в законе о гарантиях.

А вот во введенной летом 2003 года в Уголовный Кодекс статье[11] финансирование кампании кандидата помимо избирательного фонда наказывается лишением свободы на срок до двух лет. При этом на это согласия прокурора субъекта федерации не требуется.

Следующий нюанс закона. Фальсификация итогов голосования, результатов выборов подлежит наказанию, но факт фальсификации и даже наказание за нее совершенно не влечет отмену сфальсифицированного протокола.

Часто бывает, что члены участковой комиссии уезжают с участка с одним протоколом, а в вышестоящую территориальную комиссию приезжают с другим – «правильным». Ранее закон умалчивал, какой протокол является правильным - тот, что составлялся гласно на глазах наблюдателей (и копии которого есть у всех наблюдателей) или тот, что привез председатель в территориальную комиссию. В 2002 году законодателям удалось внести в закон о выборах Госдумы замечательную норму. После того, как наблюдатели, убедившись, что подсчет голосов был честным,  со своими копиями протокола ушли, участковая комиссия, сославшись на внезапно обнаруженные ошибки, может составить новый протокол, исправляющий «ошибки» первого, с новыми, исправленными и улучшенными итогами голосования (Закон «О выборах» ст.81 п. 30). Вышестоящая комиссия принимает и вводит в систему ГАС-Выборы исправленный протокол.

И новый протокол теперь будет официально считаться правильным, а унесенные копии первого протокола – копиями ошибочного протокола.

И в суде не о чем спорить – ясно, что данные «ошибочного» протокола не могут быть тождественны данным «правильного» протокола. Было бы странно, если бы они совпадали. Так что результат судебных исков «Яблока» по поводу несоответствия протоколов можно предсказать заранее.

Другое дело, что проверить, соответствует ли исправленный протокол бюллетеням, обнаруженным в урнах, нельзя. Требуется верить членам избирательных комиссий на слово. Закон позволяет вскрыть запечатанные бюллетени лишь по решению вышестоящей комиссии или суда. Показывать или не показывать избирательные бюллетени, пересчитывать их или нет, решает вышестоящая комиссия или суд. То есть можно совершенно законно отказаться подтвердить пересчетом честность исправленного протокола. Закон не предписывает даже по официальной жалобе обманутых наблюдателей провести повторный пересчет голосов. А через несколько часов, после установления итогов голосования территориальной комиссией решение о пересчете бюллетеней вообще не может быть принято ни территориальной, ни участковой комиссией.

Неприметные особенности российских избирательных законов этим не исчерпываются. Если вчитаться в текст, то наиболее важные нормы закона оказываются слегка завуалированным вариантом знаменитой фразы «Казнить нельзя помиловать». Двусмысленная норма закона позволяет применять ее по-разному к желательным и нежелательным кандидатам. Говоря более конкретно, важнейшие нормы закона изложены так: «комиссия вправе», «комиссия может», но не «комиссия обязана» или «комиссия должна». Какое-либо нарушение не «влечет то-то и то-то», а лишь «является основанием для того-то и того-то». То есть, может повлечь, а может и не повлечь…

В законе написано: в случае, когда невозможно установить волеизъявление избирателей, суд может принять решение о признании решения ЦИКа недействительным. Но, значит, может и оставить решение в силе, несмотря на не установленное волеизъявление избирателей.

Старинная наблюдение - «свирепость российских законов смягчается необязательностью их исполнения» остается по-прежнему справедливым. Но уж если решат их исполнять, то очень избирательно по отношению к объекту их применения. Яркий пример, состоявшиеся год назад выборы мэра Норильска. После первого тура выборов была отменена регистрация лидирующего кандидата (получившего 47% голосов) Мельникова. Но второй тур выборов не состоялся, так как все остальные кандидаты сняли свои кандидатуры по очереди. В соответствии с пунктом 31 статьи 38 Закона «О гарантиях» последний самоустранившийся кандидат должен был возместить избирательной комиссии все ее расходы. И эта норма закона является обязательной. Но и прокуратура, и ЦИК предпочли эту норму закона не замечать. Интересная деталь - последним снявшимся кандидатом был именно тот, что и организовал отмену регистрации кандидата Мельникова.

Другой способ фальсификации итогов голосования - точечно отменить итоги голосования на отдельных участках, так, чтобы победителем после этого стал желательный кандидат, как было на выборах мэра Ноябрьска в 2003 году.

Этим хитрости российского избирательного законодательства не исчерпываются. В начале каждого закона о выборах есть специальная статья «Гласность в деятельности избирательных комиссий». Там декларируются совершенно правильные нормы о правах наблюдателя. Но законодатель почему-то их забывает, переходя к описанию процедуры подсчета голосов избирателей в бюллетенях. Так, например, в статье 31 Закона «О выборах» установлено, что наблюдатель имеет «наблюдать за подсчетом голосов избирателей на избирательном участке на расстоянии и в условиях, обеспечивающих ему обозримость содержащихся в избирательных бюллетенях отметок избирателей». Но в заключительной части закона, в статье 81, в описании процедуры подсчета голосов в бюллетенях, к столу, на котором считают бюллетени, допускают только членов избирательной комиссии, но не наблюдателей. Наблюдателям должен быть обеспечен лишь «полный обзор действий членов участковой избирательной комиссии». Уже содержащееся в законе право наблюдателя видеть пометки избирателя в бюллетене разработавший закон ЦИК и депутаты Государственной Думы игнорируют.

В законах содержится подсказка, как избавиться от настырного наблюдателя, непременно желающего воспользоваться своим правом видеть отметки избирателей в бюллетенях. Для этого, намекает Закон «О выборах» (ст. 77 п. 15), достаточно обвинить его в нарушении законодательства о выборах. После принятия решения комиссии об удалении наблюдателя он удаляется силами правоохранительных органов. При этом дежурящий на участке милиционер должен следить не за соблюдением законодательства о выборах, а слепо выполнять распоряжения председателя комиссии.

Выполнять, даже если последние противоречат закону о выборах, и милиционеру это очевидно. Этому превосходству председателя над законом посвящен пункт 13 этой же статьи: «Председатель участковой избирательной комиссии следит за порядком в помещении для голосования. Распоряжения председателя участковой избирательной комиссии, отданные в пределах его компетенции, обязательны для всех присутствующих в помещении для голосования».

Но законы умалчивают, как поступать наблюдателю, если его заявления и жалобы комиссия отказывается принять, или комиссия отказывается выдать и заверить копию протокола.

Казалось бы, этих законных способов получения запланированных результатов выборов вполне достаточно, чтобы не допустить во власть фашистов, экстремистов, непримиримую оппозицию, просто оппозицию, маргиналов и просто ненужных власти людей. Именно этой целью компетентные лица в неофициальных беседах объясняют существование таких специфических норм закона.

Но закон есть закон, и законопослушным гражданам приходится его выполнять, понимая и критикуя все его недостатки и специфические хитрости. Анализ и критика действующих законов в Российской Федерации пока еще не запрещены. Но то, что обязательно для граждан, оказывается вовсе не обязательно для Центральной избирательной комиссии, правоприменительного органа.

Закон и практика его не применения

Какое-либо право, содержащееся в законе, по-разному воспринимается российским гражданином и международным наблюдателем.

Последнему кажется, что раз это право есть в действующем законе, то оно тоже действует и действует автоматически.

Российский же гражданин прошел школу советского применения права.

Популярный анекдот советских времен - разъяснение юриста гражданину: «Это право (какое-то конкретное) у Вас действительно есть, а вот права пользоваться этим правом у Вас нет».

С тех пор в этой области мало что изменилось.

В российских условиях для того, чтобы право не было пустой декларацией, праву одних лиц должно соответствовать установленные законом обязанности других лиц это право обеспечить. Но и этого мало. Требуется целая триада норм права. За неисполнение этих обязанностей должна быть предусмотрена ответственность. Так, например, в случае отказа комиссий в выдаче копий протоколов с итогами голосования на участке эта триада нарушена. Есть право наблюдателя эту копию получить, есть обязанность комиссии ее выдать. Но ответственность за невыдачу копии протокола снята положением о неподсудности членов избирательных комиссий в законе о гарантиях избирательных прав граждан.

В борьбе с немногочисленными критиками этих ухищрений закона председатель ЦИК Вешняков выработал две универсальные отговорки:

1 - не надо выхватывать отдельную норму закона, надо рассматривать все законодательство в совокупности (если речь идет о норме закона);

2 - не надо обобщать, валить все в кучу - каждое нарушение надо рассматривать отдельно (если речь идет о нарушениях).

Ни одного решения о повторном подсчете голосов в бюллетенях ни по одной жалобе ЦИК так и не приняла. На президентских выборах 2004 года в двух территориальных комиссиях удалось восстановить данные первичных протоколов участковых комиссий, но до пересчета бюллетеней дело так и не дошло. Вот такое отдельное рассмотрение нарушений.

Разработанное в ЦИК избирательное законодательство декларирует высокий уровень защиты и уважения избирательных прав, волеизъявления граждан.

Но декларации законов девальвированы и фактически аннулированы регламентирующими и процедурными правилами, в первую очередь, порядками  подсчета голосов и контроля  честности подсчета.

В самом законе и подзаконных актах прописанные порядки и схемы подсчета не связаны с принципиальными стандартами демократических выборов и гарантиями избирательных прав и не обеспечивают их реализацию.

Искусственное разделение избирательных прав, сведенных законом к ограниченному перечню, и норм избирательного законодательства делает невозможным эффективную и своевременную судебную защиту.

Хочу от нынешних дефектов и будущих ухудшений закона перейти к предложениям по устранению уже имеющихся недостатков закона. Эти недостатки очевидны всем избирателям, кроме разработчиков закона и членов ЦИК.

Для того, чтобы понять, какие нормы и пробелы избирательного законодательства ведут к фальсификации итогов голосования, полезно рассмотреть схему проведения голосования, которую устанавливают законы о выборах и инструкции Центризбиркома.

Возможность фальсификации начинается с момента изготовления бюллетеней для голосования. В законе предусмотрены специальные степени защиты бюллетеней от копирования. Но так как в стране достаточно типографий, способных изготовить бюллетени с этими степенями защиты, то возможность изготовления лишних бюллетеней всегда остается. Ведь по закону избирательные комиссии контролируют только получение бюллетеней из типографии, а не сам процесс изготовления. При получении бюллетеней из типографии могут присутствовать представители кандидатов, но это присутствие не гарантирует от появления лишнего тиража бюллетеней. Отпечатанный в типографии администрации президента Башкортостана лишний тираж бюллетеней на недавних выборах – лишнее доказательство.

Бюллетени в законе названы документами строгой отчетности. Так же как и открепительные удостоверения на право голосования. Но если за лишний тираж бюллетеней недавно предусмотрели  уголовную  ответственность, то изготовление лишних открепительных удостоверений не считается ни административным правонарушением, ни уголовным преступлением. А ведь удостоверения меняются на бюллетени один к одному. Такая «забывчивость» законодателей оставляет возможность многократного голосования одних и тех же лиц, имеющих  большой запас открепительных удостоверений.

Данный способ фальсификации принципиально не может быть замечен ни наблюдателями, ни членами комиссии. В крупных городах за 12 часов голосования один человек, объезжая на машине участок за участком, может проголосовать раз 50. Именно во столько раз фальсификаторам голосование по открепительным удостоверениям выгоднее досрочного голосования. Там ведь речь шла только об одном голосовании по инициативе заинтересованного кандидата. Интересно, что множественное голосование одного и того же человека тоже не считается ни уголовным преступлением, ни административным правонарушением. На пути такого способа фальсификации не поставлено никаких препятствий.

Хотя сделать это было достаточно просто. Ведь фамилия и данные  каждого голосующего по открепительному удостоверению вносятся в дополнительный список избирателей. Если человек голосует многократно, то его фамилия появится в дополнительных списках многих соседних участков. Территориальная комиссия могла бы отдельно обрабатывать дополнительные списки, сравнивая их между собой. В среднем на одну территориальную комиссию приходится 30 участковых комиссий. Если бы дополнительные списки избирателей составлялись не в порядке появления на участке голосующих по открепительным удостоверениям, а в алфавитном порядке фамилий голосующих (на отдельных листах), то сравнением этих листов в территориальной комиссии можно было бы легко обнаружить «мультиголосовальщиков».

Составление списков избирателей с невычеркнутыми «мертвыми душами» - широко распространенный способ фальсификации итогов голосования. Для большей точности следует отметить, что само по себе нахождение в списке «мертвых душ» не является фальсификацией, если они не «начинают активно голосовать». Так же и отсутствие реальных избирателей в списке избирателей еще не фальсификация, если комиссия вносит их в дополнительный список, исправляя небрежность составителей списка избирателей. Фальсификацией, искажением волеизъявления избирателей может являться нехватка бюллетеней на участке, недопущение на избирательные участки тех избирателей, которые собирались голосовать за «ненужного» кандидата.

Для того, чтобы помешать многим способам фальсификации достаточно было вписать в обязанности комиссии процедуры, подтверждающие прозрачность и честность выборов. Именно обязанности, за невыполнение которых итоги голосования на участке могут быть признаны недействительными. В ныне действующих законах декларируются только права наблюдателей, да и то не всегда.

Например, в законе о гарантиях избирательных прав до 2002 года отсутствовала  обязанность комиссии перед началом голосования показать наблюдателям пустые урны. Перед  прошлыми выборами  ее ввели. И ввели правильно, как обязанность председателя показать, а не только как право наблюдателей заглянуть в пустые урны, если им урны откроют.

Все статьи о работе избирательной комиссии в день голосования следовало бы  переписать, вписав туда не только и не столько права наблюдателей и членов комиссии с правом совещательного голоса, но и, главное, обязанности комиссии эти права обеспечить и ответственность за неисполнения обязанностей.

Точно также надо прописать в законе обязанность комиссии перед началом голосования продемонстрировать не только пустые урны, но и чистые, без следов голосования мертвых душ списки избирателей; и наличие всех бюллетеней, полученных из территориальной комиссии.

Еще один способ фальсификации, который используется уже много лет - в день голосования председатель участковой комиссии выдает членам комиссии по 50 бюллетеней. Считается, что все остальные у него в сейфе. А их на самом деле часть их  уже отдана тем людям, которые вбросят пачки бюллетеней за «мертвых душ», включенных в списки избирателей.

Они обычно разложены в пачки по 50 штук. Можно законом установить пересчет число пачек и число бюллетеней в случайно выбранной пачке. Это затруднит председателю комиссии выдачу до дня голосования какого-то количества бюллетеней для вброса.

Председатель должен огласить, сколько избирателей внесено в список на начало голосования.

Процедура голосования прописана в законе, казалось бы, достаточно подробно.

В день голосования избиратель приходит на свой избирательный участок. Он подходит к тому члену комиссии, что работает с той частью списка избирателей, в которую должна быть внесена фамилия избирателя. Если фамилия избирателя находится в списке, то, предъявив свой документ члену избирательной комиссии, он получает один бюллетень (один комплект бюллетеней). Паспортные данные избирателя переписываются в список избирателей, а он расписывается в получении каждого бюллетеня отдельно.

Если по каким-то причинам фамилия избирателя в списке отсутствует, то по предъявлению документа фамилия избирателя вносится в дополнительный список избирателей. Так же поступают с избирателями, голосующими по открепительным удостоверениям.

После этого избиратель, сделав соответствующую отметку в бюллетене, опускает его в урну. А может унести бюллетени с собой. Запрета выносить бюллетень с собой в законе нет. Как нет и ответственности за передачу этого чистого бюллетеня тем организаторам «карусели». Так называют организацию контролируемого подкупа избирателей, когда за деньги избиратель опускает в урну заранее заполненный за нужного кандидата бюллетень, а полученный от комиссии чистый бюллетень выносит организатору «карусели».

Еще один способ фальсификации, который используется уже много лет. За сохранность бюллетеней отвечает председатель участковой избирательной комиссии. В день голосования  он выдает членам комиссии по мере надобности по 50 бюллетеней. Считается, что все остальные у него в сейфе. А на самом деле часть их  уже отдана тем людям, которые вбросят пачки бюллетеней за «мертвых душ», включенных в списки избирателей. Об этом другие члены комиссии могут и не подозревать.

Это не единственная претензия к описанной в законе процедуре получения бюллетеней на участке. И в законе, и в инструкциях ЦИК, и в рекомендованных ЦИК «Рабочих блокнотах члена участковой избирательной комиссии» не предусмотрен  взаимный контроль, необходимый для честной работы комиссии. Сейчас в комиссиях такого контроля нет, несмотря на наличие на участках представителей различных партий. Каждый член комиссии работает со своей частью списка избирателей, сам выдает бюллетени, сам подсчитывает выданные бюллетени и объявляет количество избирателей, получивших бюллетени по этому списку. Контроль со стороны других членов комиссии не предусмотрен. Поэтому желающим сфальсифицировать итоги голосования достаточно подкупить всего одного члена комиссии. Этот член комиссии будет выдавать сразу несколько  комплектов бюллетеней всем тем, кто подойдет к нему с заветным словом или условным знаком, независимо от того,  является ли он избирателем этого участка. Постороннему «голосовальщику» член комиссии даст 20 бюллетеней. А в конце дня скажет, что проголосовало на 20 избирателей больше, чем было на самом деле. Такую фальсификацию другие члены комиссии заметить не смогут. Присутствующий наблюдатель тоже ничего не заметит. Даже если он ведет поголовный учет проголосовавших  и заметит расхождение в числе выданных бюллетеней и числе проголосовавших избирателей, его данные никакой юридической силы не имеют.

В других странах за заполнение урны бюллетенями отвечает член избирательной комиссии.

В России за наполнение урны никто не отвечает. Вброс бюллетеней вообще не считается нарушением. Щель в урне должна быть сужена так, чтобы вброс пачек бюллетеней был невозможен. Сейчас она в соответствии с инструкцией ЦИК может быть как угодна широка, лишь бы не уже 1 см (иначе вброс пачек бюллетеней будет затруднен).

Но мало обеспечить опускание бюллетеней по одному. Надо гарантировать, что голосуют именно избиратели участка, а не спецбригада «голосовальщиков», которые незаконно получают бюллетени у подкупленного члена избирательной комиссии по заранее согласованному знаку..

Чтобы эту возможность фальсификации исключить, в законе следовало бы предусмотреть, что избиратель должен демонстрировать свой паспорт с регистрацией не только тому члену комиссии, что выдает бюллетень, но и всем другим членам комиссии с решающим и совещательным голосом, которые пожелают убедиться, что голосовать собирается именно избиратель данного участка.

В законе прописано, кто может находиться в помещении при подсчете голосов, но не написано, что другим это запрещено. Милиция, пожарные (что понятно), представители исполнительной власти (что непонятно) присутствуют всегда.

После окончания времени голосования надо все строки списка избирателей, соответствующие не проголосовавшим избирателям, вычеркнуть.

Только в этом случае в эти строчки нельзя будет потом вписать новую волну якобы проголосовавших избирателей. Если вычеркивать долго, достаточно заклеить место росписей прозрачным скотчем. Видеть и считать подписи будет возможно, а вписать новых «голосовальщиков» - нет.

Надо убрать из закона нелепую демонстрацию всем окружающим бюллетеня при сортировке. Ведь неизвестно, в какой пачке этот бюллетень окажется после демонстрации.

При работе над законопроектом  ЦИК мастерски обвела законодателей вокруг пальца, вписав, что отсортированную пачку бюллетеней одного кандидата могут считать все члены комиссии одновременно. А это значит, что пока участки имеют до 3 тысяч избирателей и до 19 членов комиссии с правом решающего голоса, контроль на больших участках невозможен. Если пачку бюллетеней одного кандидата подсчитывают параллельно и одновременно 19 человек, то за махинациями 19 человек не уследит даже суперпрофессиональный наблюдатель.

Надо вписать, что подсчет каждой пачки ведет только один член комиссии (сменяя друг друга). Остальные члены комиссии контролируют правильность подсчета голосов. Никакого распараллеливания по типу выборов (одномандатники, парт-списки, мэры, губернаторы) не должно быть.

В нынешнем законе в его начале наблюдателю дают право видеть пометку избирателя в бюллетене, а в конце закона, при описании процедуры подсчета голосов, это право отнимают. Надо не отнимать, а еще раз воспроизвести его в описании процедуры подсчета.

Все статьи о работе избирательной комиссии в день голосования следовало бы  переписать, вписав туда не только и не столько права наблюдателей и членов комиссии с правом совещательного голоса, но и, главное, обязанности комиссии эти права обеспечить и ответственность за неисполнения обязанностей..

Сейчас закон разрешает всем присутствующим при подсчете поставить свои подписи на мешках и коробках с запечатанными бюллетенями. Это наивно и смешно, так как ни мешков, ни своих подписей на них наблюдатели больше не увидят. В законе написано, что вскрыть эти мешки можно лишь по решению вышестоящей комиссии или суда. Никакие жалобы на фальсификацию не влекут безусловного  вскрытия мешков и пересчета бюллетеней.

Надо вписать в закон норму, что исправление ошибок при подсчете голосов будет производиться позднее, когда удастся собрать всех наблюдателей, членов комиссии с правом совещательного голоса. И в их присутствии будут вскрыты мешки с их подписями. Иначе подписи на мешках не имеют никакого смысла.

Конечно, надо обсуждать и собирать предложения по улучшению избирательного законодательства. Надо искать сторонников улучшения этого законодательства в исполнительной и законодательной властях и мечтать о том, что когда-нибудь они найдутся. Но не менее важно попытаться помешать уже явно намеченному  ухудшению избирательного законодательства. Хотя бы просветительской деятельностью.

Нарушения на выборах 2000 года в России наиболее подробно рассмотрены в подборке статей газеты The Moscow Times (http://www.themoscowtimes.com/election_fraud.html). Там же есть перевод большинства материалов на русский язык.

Правила, по которым происходит голосование и подсчет голосов, в значительной степени определяют объявляемый результат. И правила эти меняются не в лучшую сторону.

Желание сделать наши партии более весомыми в политической жизни, сейчас достигается сведением до нуля прав окружающего партии беспартийного народа. Однако вряд ли сегодня можно говорить о том, что партии в достаточной степени могут служить выразителями воли населения.

Нельзя умолчать о «спецсредствах» избирательного законодательства. Даже при 100% фальсификации итогов голосования по нашему замечательному закону членов избирательной комиссии у нас невозможно привлечь к ответственности без согласия прокурора субъекта Федерации. А если фальсификация делалась в «интересах государства», то вряд ли прокурор заинтересован в том, чтобы за нее преследовать.

Секретное оружие будущих побед

В России власть принадлежит народу.

Каждый может в этом убедиться, заглянув в 3 статью конституции.

Кто не успел это сделать, должен поспешить.

Улучшение  конституции уже началось, и вряд ли оно ограничится укрупнением субъектов федерации.

Но, оказывается, с конституционными правами граждан можно очень многое сделать и без изменения конституции.

Горячие обсуждения новых  законов о митингах, референдуме, отмене льгот показали, что давним советом Жванецкого по-прежнему пренебрегают. Напомню этот совет: «Ребята, общим видом вы овладели, теперь не надо пропускать подробности». В пропущенных подробностях скрывается нечто очень важное.

Но в Конституции РФ есть и 55 статья, в третьей части которой установлено, что: «Права и свободы человека могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Простым законом (даже не конституционным) можно ограничить любые права и свободы человека и гражданина. Так как не указано, как сильно можно ограничить, то, значит, можно ограничить до абсолютного нуля. Это вовсе не праздные измышления. Именно это и утверждал на конференции Ассоциации Организаторов Выборов Центральной и Восточной Европы в Лондоне в октябре 2003 г. [12] член ЦИК С.В.Большаков, ответственный за предвыборную агитацию в СМИ.

«В Российской Федерации, согласно ст. 29 Конституции, гарантирована свобода слова, свобода массовой информации, право свободно искать, получать, производить и распространять информацию любым законным способом. В Конституции РФ, как и в международных документах, содержится ряд условий, соблюдение которых необходимо для введения законодательных ограничений свободы массовой информации. Так, согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Так он обосновывал те жесткие ограничения на работу СМИ во время избирательной кампании, которые через неделю после этого были отменены Конституционным судом.

Действительно, 31 статья Конституции дает гражданам право проводить митинги и т.п. В статье 17 конституции провозглашается, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. В радужном свете этих статей новый закон о митингах выглядит грубым попранием статей конституции и прав граждан. Именно это заявили многие. Те немногие, кто захочет почитать конституцию дальше, обнаружат, что все конституционные права и свободы гражданину даны лишь во временное пользование. До тех пор, пока Государственная Дума не решит ограничить их (может быть и до абсолютного нуля - автор) в целях защиты законных интересов других лиц. Делается это без всякого пересмотра конституции, простым, даже не конституционным законом. Эта очень многообещающая норма с 1993 года содержится в 55 статье конституции. Правда, для маскировки, интересы других лиц спрятаны среди «основ конституционного строя, нравственности, здоровья», «обеспечения обороны страны и безопасности государства». К этой норме 10 лет старались не привлекать внимание. Но в 2003 году в Лондоне член ЦИК Большаков именно этой нормой обосновывал введенные тогда запреты на деятельность СМИ во время избирательной кампании.

Заметим, что такая гибкая формулировка позволяет права всех граждан (и право на жизнь в том числе) принести в жертву всего лишь интересам других лиц. Например, если другие лица проявят заинтересованность в экспорте не только нефти, но и донорских органов пока еще живых сограждан, то это вполне решаемая задача.

Сейчас криминальный рынок донорских органов существует подпольно (вспомним системы добычи донорских органов в Хабаровске и Москве, отдельными случаями назвать это уже нельзя). Для создания вместо него современного цивилизованного и законного рынка донорских органов достаточно простых законов Думы о национализации внутренних органов граждан и о передаче этой государственной собственности другим лицам на залоговом аукционе. В отличие от нефти этот ресурс возобновляем и способен обеспечить регулярные поступления налогов в бюджет.

Право граждан на жизнь будет несколько ограничено - до времени забора органов. Но до этого момента граждане смогут пользоваться бывшими своими органами, находящимися теперь в чужой собственности, бесплатно. Выгодный заказ на воспитание в народе чувства благодарности за это и уважения к чужой частной собственности смогут получить журналисты всех СМИ.

Тем, кто успел возмутиться этим чудовищным вымыслом, предлагаю задуматься, так ли велика разница между приватизацией национальных сырьевых ресурсов и приватизацией внутренних органов нации. И то, и другое обеспечивало ее выживание. Правда, нефть добывать труднее.

Строго говоря,  перед принятием этих законов  Думе следует объявить эти интересы других лиц законными. Но опыт показывает, что эта часть процедуры необязательна.

В частности, так было с принятием в 2001 году закона «О политических партиях». Казалось бы, в нем речь должна идти только о партиях. Но суть закона далеко выходит за пределы, установленные его заглавием. Этим закон напоминает старый мужской анекдот «кстати, о птичках…». Единственно, что можно сказать, птички там не

главное. Заинтересованность партийных лидеров в отсутствии на будущих выборах  политических конкурентов была очевидна. Но она не была объявлена Думой законной. Тем не менее, именно в защиту этих интересов в закон о партиях была вписана норма - «а вот всем другим это запрещено!» (речь идет об исключительном праве политических партий на выдвижение кандидатов на выборах). Этим запретом закон явно противоречил 19 статье конституции, в которой государство гарантирует равенство прав граждан независимо от принадлежности к общественным объединениям. Но кто же из серьезных людей воспринимает конституцию всерьез!

Кстати, даже эта часть 55-й статьи конституции не может служить оправданием нарушения ее 19 статьи, так как в 19-й статье  речь идет не об объеме прав, а о равенстве прав граждан независимо от партийной принадлежности.

Поэтому наступление власти на конституционные права следует рассматривать как первый шаг на заранее намеченном и подготовленном пути.

Предстоящие в 2008 году президентские выборы  волнуют пока очень немногих. Одних беспокоит, будет ли победа преемника Путина убедительной. В стенах кремлевской администрации зреет замечательная идея сделать явку на выборы обязательной. Головной боли у начальства стало бы меньше. В мире есть всего лишь несколько стран с таким пониманием народовластия. Почему бы России не догнать хотя бы их хотя бы в этом? Наиболее привлекательно выглядит опыт Греции - тюремное заключение за неявку на выборы. Народу наверняка понравится возможность избежать тюремного заключения бесплатно. Ведь надо всего лишь явиться на выборы и проголосовать за нужного кандидата. Ненужных кандидатов, я думаю, к тому времени в бюллетене уже не останется.

В последнее время близкими к Кремлю политологами активно озвучивается идея отменить в бюллетене и строку «Против всех».

Гражданин России, по замыслу верхов, должен быть всегда «ЗА». За кого, в бюллетене ему укажут.

Есть два типа выборов: на одних народ выбирает себе власть, а на других он стопроцентной явкой демонстрирует свою лояльность власти, голосованием за единственного кандидата. Кажется, так и не дойдя до первого типа выборов, мы плавно возвращаемся к выборам второго типа.

Единственное послабление - под влиянием Запада мы теперь сможем выбирать из нескольких кандидатов, которые устраивают власть в равной степени.

Сейчас некоторых граждан волнует, возможна ли победа в 2008 году какого-то  другого кандидата, а не преемника. преемника.

Одни считают, что возможна, если удастся объединить ранее раздробленные силы.

«Яблоко», например, считает, что для честных выборов еще необходимы три ключевых элемента - независимые СМИ, независимые суды и независимые источники финансирования. Сам избирательный закон, по которому будут проходить эти выборы, и «Яблоко», и других озабоченных граждан, устраивает.

Больше всех, кажется, этот закон устраивает председателя ЦИК Вешнякова, заявившего в апреле 2004 года: «В избирательном законодательстве больше корректировать нечего». В этом Вешняков был убежден сам и уверял других. Но в России все же нашелся человек, сумевший переубедить главу ЦИК. Президент Путин открыл Вешнякову глаза на то, что закон о выборах Госдумы можно еще ухудшить. Конечно, ни Путин, ни Вешняков слова «ухудшить» не употребляли. Речь идет об идеи сделать выборы депутатов Госдумы исключительно по партийным спискам.

Станет ли закон от этого хуже или лучше, однозначно сказать нельзя. Смотря для кого. Для власти и лидеров партий, против которых власть не возражает, закон, безусловно, станет лучше. После того, как Минюст проредит список партий, правильный выбор народа между только правильными партиями обеспечен. Угроза срыва выборов из-за голосования против всех парт-списков исчезает, так как для этого строке «против всех партсписков» требуется собрать как минимум половину голосов, а не только победить лидирующую строчку бюллетеня, как это бывает в одномандатном округе.

Для народа закон станет хуже, так как он лишает народ право на свободный выбор из выдвинутых им кандидатов. Свободных выборов без свободы выдвижения кандидатов не бывает. Из 100 миллионов избирателей право на выдвижение кандидатов останется только у делегатов партсъездов. Остальные будут  обязаны «кушать что дают». Выборы станут известным выбором Одиссея между Сциллой и Харибдой (хотя он предпочел бы Пенелопу). Конечно, на фоне утраты социалистических накоплений, общенародной собственности, получения взамен дефолта, компенсации льгот, будущих реформ ЖКХ и здравоохранения утрата права на выдвижение кандидатов народом покажется мелочью. Но эта мелочь сделает когда-нибудь практически невозможной цивилизованную мирную смену власти.

Одну их передач «Основной инстинкт» Светлана Сорокина посвятила обсуждению  именно этой идеи. Интересно, что все собравшиеся политики и политологи были едины в одном - надо лишить народ права на выдвижение кандидатов, предоставив его только партиям. В качестве альтернативы выдвигалась идея только партийного выдвижения кандидатов и в одномандатных округах.

Право выдвигать кандидатов партиям предоставлено 10 лет назад. Но победе исключительно партийных кандидатов в округах мешало существование беспартийного народа, который осмеливался соваться на выборы со своими кандидатами. Теперь удастся поставить народ на место.

Показательно, что и лидеры партий, в названиях которых присутствуют слова «демократическая», и политологи явно игнорировали 19 статью конституции, в которой государство гарантирует равенство прав партийных и беспартийных граждан.

Я же считаю, что поправки, делающие закон противоречащим конституции, его объективно ухудшают. Неважно, в чьих интересах это делается.

Партии, как и выборы, тоже бывают двух типов. Одни вырастают снизу, в обществе, как отражение его интересов. Другие строятся, спускаются сверху как приводные ремни для удержания и приведения масс в повиновение. Если вам такой образ кажется слишком бездушным, скажу иначе. На любой бойне есть штатный козел-провокатор, который ведет баранов под нож, туда, куда сами они идти не хотят. Но люди не бараны, поэтому им надо предоставить несколько провокаторов, чтобы каждый избиратель мог выбрать предводителя по своему вкусу.

Из трех избирательных прав: права быть избранным, право проголосовать и право выдвинуть кандидата  право выдвинуть кандидата является  самым важным. Представьте себе, что Путину для завершения строительства вертикали власти хотелось бы избрать  89 надежных людей на ключевые места. Использование какого права даст больший эффект? Права выдвинуть свою кандидатуру на одно из 89 мест? Вряд ли. Права проголосовать за нужного кандидата как один из ста миллионов избирателей. Вряд ли.

А вот если бы в руках у него было исключительное (только ему принадлежащее) право назначать кандидатов (пусть даже двоих на одно место) (президентский кандидат № 1 и президентский кандидат № 2 - пожалуйста, выбирайте). А можно вместо мажоритарной системы ввести пропорциональную систему: «вот президентский список № 1, вот президентский список № 2 - пожалуйста, выбирайте из этих двух списков».

Не важно, какая избирательная система используется при этом, мажоритарная или пропорциональная. По сути ее следовало бы назвать президентской.

А пока мы имеем в Государственной Думе полупартийную систему. Почему полупартийная? Потому что половина Государственной Думы принадлежит только партиям, и никто другой туда носа не сунет. А вторую половину Думы партиям пока еще не отдали, поэтому туда еще могут попытаться попасть и самовыдвиженцы.

Озвученная Вешняковым идея открытых партийных списков привлекательна своей демократичностью. Раньше завоеванные мандаты получала головка партсписка, в том порядке, что заранее утвердил партсъезд. В случае открытых партсписков мандаты получают те кандидаты из партсписка, которые получили больше персональных предпочтений.

Но дьявол кроется в деталях. Если раньше бюллетени раскладывались по пачкам за отдельные партии, и их теоретически можно было пересчитать членам комиссии с совещательным голосом и наблюдателям, то теперь такая проверка окажется невозможной даже теоретически. Ведь если в бюллетене проставлены номера предпочтений нескольким кандидатам из партийного списка, то разложить на пачки такие бюллетени невозможно. Можно лишь огласить пометки избирателя и занести их в таблицу. Все будут обязаны верить комиссии на слово - сколько голосов получила партия и каждый кандидат в ее партсписке.

Хочется успокоить всех, озабоченных проблемой 2008 года. Независимо от того, появятся ли вдруг к 2008 году независимые СМИ, независимые суды и независимые источники финансирования, удастся ли объединиться или нет, независимо от того, кто возглавит это объединение, Ходорковский, Хакамада или Новодворская, победа преемника Путина предопределена, как и последующая победа преемника.

И дело не в растущим с каждым днем доверии избирателей к преемнику, о котором ТВ и СМИ еще успеют рассказать. Дело в том секретном оружии победы, о котором ни ТВ, ни СМИ рассказывать не будут, в самом избирательном законе, по которому пройдут эти и последующие выборы.

Который со временем может стать только хуже. Принятие законов о митингах, референдуме, отмене льгот, проект поправок в законы о выборах  делают очень вероятным  дальнейшее ухудшение закона о выборах.

События на Дубровке показали, что у власти есть спецназ, спецсредства и, главное, решимость их использовать, невзирая на последствия. Заметим, что применение спецсредств было исключительно вынужденным. Если бы террористы догадались покончить собой все разом, то не пришлось бы ни применять газ, ни пристреливать спящих.

Но там речь шла всего о сорока террористах и восьмистах заложниках. А на выборах речь идет о вещах, куда более важных - речь идет о власти.

Хотя единство партии власти и народа ежесекундно крепчает, но пока еще можно тихо сказать, что интересы партии и народа все-таки не тождественны. Народ хотел бы, чтобы с ним хоть раз в четыре года считались, и его голоса на выборах посчитали правильно.

Желание власти - остаться властью, независимо от народа, неподготовленного даже к управляемой демократии. И для этого власть, естественно, использует все законные средства. Об использовании незаконных средств я умолчу. Но поскольку законы пишет сама власть, то все, делающее результат выборов совершенно не зависящим от воли избирателей, оказывается абсолютно законным.

Власть, защищая свои позиции, выстраивает линии обороны. Первая линия обороны - это народное почитание начальства. Преобладающее мнение - «А вдруг новая власть будет еще хуже». В нормальных условиях этой первой линии вполне достаточно.

Вторая линия обороны - административный ресурс. Почему-то мошенническое использование рычагов власти деликатно называется административным ресурсом. И речь обычно идет только о том, превышен или нет привычный уровень использования этого ресурса.

Третья линия обороны - это ухищрения политтехнологов. Они своими находками и проектами способны заставить народ проголосовать как надо. Даже если народ упирается, и уже не хочет голосовать как надо.

Но уж если дело совсем труба, и три линии обороны прорваны, в дело вступает четвертая линия обороны, всепобеждающая, как известное учение. Ее можно продавать на Запад, это наша фирменная разработка, не хуже балета, нефти и газа. Это спецсредства избирательных законов.

Как и на Дубровке, на выборах применение спецсредств будет исключительно вынужденным. Поэтому, если вы не хотите с этим столкнуться, голосуйте как надо.

Наш избирательный закон решил застарелую проблему построения гражданского общества. Принятием этого закона оно не только построено, но и даже этапировано по времени в 1935 год, когда еще не было сталинской конституции, но были лишенцы, т.е. люди, официально лишенные избирательных прав. Тогда таких лишенцев было меньшинство, а сейчас их стало 100 миллионов. Они не имеют права выдвигать кандидата. На некоторых выборах лишенец еще может заняться самообслуживанием - самовыдвижением. Но право выдвижения кандидатов (другого гражданина, а не только «себя, любимого») предоставлено только делегатам партсъездов.

Закон решил и проблему правильного подсчета голосов. Педантичные немцы в 1932 году правильно подсчитали голоса, получили Гитлера, вторую мировую войну и все остальное. Мы застрахованы от таких неприятностей. Потому что нашим законом предусмотрен политически правильный подсчет голосов. Не путайте с ним фальсификацию. Фальсификация - это нарушение закона. А если при строгом соблюдении закона вы получаете нужный результат независимо от воли избирателей, какая же это фальсификация. Это политически правильный подсчет голосов. Поэтому неправильно называть ЦИК министерством выборов. Это министерство результатов выборов, и при том политически правильных.

Конечно, заложенные в закон возможности манипулирования итогами голосования - это еще не сами манипуляции. Требуются люди, готовые их реализовать, неважно почему, под давлением или по убеждениям. Построение вертикали избирательных комиссий способно решить эту проблему.

Я бы сравнил всю избирательную кампанию в России от старта до финиша с какой-то дорогой в Чечне. В разных местах этой дороги заложены и даже не зарыты радиоуправляемые фугасы. Они взорвутся по команде в определенный момент, под нужным, точнее говоря, под ненужным кандидатом, ненужной партией, ненужным волеизъявлением. Пока они просто лежат, они почти безопасны. Их можно не замечать, или делать вид, что их не замечают. Управление этими фугасами нынешний закон передает в надежные руки председателей избирательной комиссий, той избирательной вертикали, которая строится сверху вниз. Даже в Москве председателями комиссий назначаются люди, уличенные в фальсификациях прошлых выборов в Марьино. Прокуратура их обвиняла в фальсификации выборов, а их снова назначают председателями. Понятно,  проверенными  кадрами нельзя разбрасываться.  Именно они должны сидеть на пульте управления фугасом, они знают, что делать.

Разработчики закона и его защитники, давно обслуживающие власть, видя, как 10 лет вот такие нормы расползаются раковой опухолью по избирательным законам, гражданскому кодексу, административному кодексу продолжают твердить, что это просто случайность. Не надо, мол,  в этом искать чей-то умысел, который последовательно проводится в жизнь. Иронически говоря о теории заговоров, они, тем не менее, никаких объяснений по поводу появления таких норм не дают.

Десятилетие совершенствования избирательных законов закончилось печально. Возможности сделать выборы более свободными, прозрачными, честными упущены. Законодатели принятием закона о партиях хотели собрать в свою копилку максимум избирательных прав, получить исключительное положение партийных элит в обществе, в результате получили то, что получили.

Избирательная система построена с таким запасом прочности, что напоминает мне полпотовскую Кампучию. В ней все было так тщательно продумано и организовано, что изнутри ее изменить было невозможно. Только вьетнамское вторжение смогло поломать эту систему.

При таких правилах игры нам придется эту избирательную систему терпеть лет тридцать, пока у новой партии власти не появится новый Горбачев. Или в Москве снова не появятся танки, или произойдут какие-нибудь еще другие события: кончится нефть, начнутся бомбардировки страной, бывшей когда-то дружественной. К сожалению, нас завели на этот путь, и мы вынуждены идти по нему до следующих неприятных потрясений.

* * *


[1]Независимая Газета №261.

[2]«О Государственной автоматизированной системе Российской Федерации «Выборы» № 20-ФЗ

[3]Инструкция по организации единого порядка установления итогов голосования, составления протоколов избирательных комиссий, определения результатов выборов, получения, передачи и обработки информации с использованием Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы» при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва» от 25 августа 2003г. № 21/150-4

[4]Закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»

[5] http://www.fci.ru/_1/int_bol_130103.htm

 

[6]Статья 141-1. Нарушение порядка финансирования избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, избирательного блока, деятельности инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума.

[7] Статья 141-1. Нарушение порядка финансирования избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, избирательного блока, деятельности инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума.

[7]«Инструкции по организации единого порядка установления итогов голосования, составления протоколов избирательных комиссий, определения результатов выборов, получения, передачи и обработки информации с использованием Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы» при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва» от 25 августа 2003г. № 21/150-4

[8]3000 избирателей голосуют по трем бюллетеням: один бюллетень по выборам главы региональной власти, два бюллетеня — кандидаты по одномандатному округу и партийные списки — по выборам в Госдуму. Всего получается 9 тысяч бюллетеней.

[9]«Инструкции по организации единого порядка установления итогов голосования, составления протоколов избирательных комиссий, определения результатов выборов, получения, передачи и обработки информации с использованием Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы» при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва» от 25 августа 2003г. № 21/150-4

[10]Итоги, № 7, 18.2.2003, с.18 - 20

http://www.fci.ru/_1/int_vesh_180203.htm

[11]Статья 141-1. Нарушение порядка финансирования избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, избирательного блока, деятельности инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума.

[12]С.В.Большаков «Средства массовой информации и выборы».Доклад на конференции АОВЦВЕ (23-25 октября 2003, Лондон)




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2017  Карта сайта