Демократия.Ру




Даже человек с очень низким интеллектуальным потенциалом (знающий лишь педали газа и тормоза) без труда может управлять государством, если уж он этой власти достиг. Эрих Фромм, американский психолог и философ


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
Нормативный материал
Публикации ИРИС
Комментарии
Практика
История
Учебные материалы
Зарубежный опыт
Библиография и словари
Архив «Голоса»
Архив новостей
Разное
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


25.09.2017, понедельник. Московское время 12:32


«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»

Тимм Байхельт. Еще раз о выборах в России

Были ли они демократическими? (дополнение)

Вопреки широко распространенному мнению, официальные заявления Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) не содержат однозначного ответа на вопрос: можно ли российские парламентские и президентские выборы 1995-96 гг. с полным правом назвать «демократическими выборами», даже если принять во внимание итоги постсоветской трансформации? Делегация ОБСЕ, в состав которой входили и немецкие представители (Osteuropa, 5/1996, 11/1996), наблюдавшая за ходом выборов в России, дает более чем сдержанную оценку этим выборам.

В государствах, выбравших путь демократизации, выборы признаются демократическими, если какая-либо внешняя инстанция, в данном случае ОБСЕ, оценивает эти выборы как «свободные и честные». Для выборов в Государственную Думу 1995 года это оценка, приведенная в сообщении от 22 декабря 1995 года - спустя 5 дней после выборов. Она достаточно сдержанная и сводится к тому, что «выборы были проведены в целом свободно и честно». Однако в заключительном заявлении по итогам обоих туров президентских выборов слова «свободно и честно» уже не присутствуют. Положительная оценка относится исключительно ко дню выборов (»ОБСЕ. . . полагает, что объявленные результаты выборов точно отражают желание российского электората в день выборов»). Освещение предвыборного процесса в средствах массовой информации, финансирование предвыборной кампании, а также поведение некоторых представителей президентской администрации, подталкивают именно к сдержанной оценке этих в целом эффективных и квалифицированно подготовленных выборов.

В настоящей статье автор предлагает еще раз остановиться на причинах такой оценки немецких наблюдателей по линии ОБСЕ. В качестве эмпирической основы настоящего исследования служит его опыт наблюдателя за выборами в Вологде (декабрь 1995), Пскове (июнь 1996), Казани (июль 1996), а также 64 сообщения немецких наблюдателей за выборами в Госдуму (19 сообщений из 14 субъектов Российской Федерации) и за обоими турами президентских выборов (45 сообщений из 19 субъектов) [1]. Особое внимание привлекли выборы в Казани, столице Татарстана. Процедура выборов, состоявшихся там (и описанных ниже автором), показалась ему сомнительной, что заставило поставить вопрос о выводах по Российской Федерации в целом.

Критерию «свободные и честные» в немецкой терминологии противопоставляются четыре признака: всеобщие, равные, тайные и свободные. В ходе выборов не сообщалось ни о систематических неявках избирателей (всеобщие), ни о голосовании одним избирателем в разных местах (равные), ни о давлении на избирателей вне кабин для голосования (тайные). Однако были ли выборы в Госдуму и президентские выборы свободными? Характеристика «свободные» относится, в первую очередь, к тому, что избирателя нельзя подвергать какому-либо внешнему давлению ни до, ни во время, ни после процедуры выборов, которое может повлиять на его решение [2]. Если под «внешним давлением» понимать воздействие на отдельного избирателя посредством нейтральных инстанций, таких как администрация, государственное телевидение или избирательные комиссии различных уровней, - то можно подвергнуть сомнению термин «свободные» по отношению к президентским выборам в России.

Выборы в Госдуму

Демократическое содержание парламентских выборов не исчерпывается лишь тем, что они должны быть проведены в соответствии с порядком, установленным конституцией и избирательным законодательством. Политические структуры и их принципиальные позиции, выступающие на первый план в ходе выборов, ограничивают значение коллективного выборного акта. Согласно распространенной научной точке зрения (Дитер Нолен), выборам, проводимым на конкурсной основе, соответствуют три основные функции: «Выборы можно понимать как акт, (1) благодаря которому выражается доверие избирателя к избираемым, (2) посредством которого формируется функциональное представительство, (3) посредством которого осуществляется контроль над правительством. «[3]. Эти три функции, согласно Д. Нолену, ограничиваются определенными структурными факторами. Для того, чтобы народ в рамках демократического порядка мог действительно легитимно делать свой выбор в пользу тех, кто устанавливает порядок в обществе, должно быть, с одной стороны, более или менее плюралистическое общество, а с другой, - более или менее видимое различие между избираемыми кандидатами и их политическими платформами.

1. Доверие избирателей к кандидатам, претендующим на членство в каком-либо законодательном органе, выражается с помощью избирательного бюллетеня - как и при любых формально демократических и свободных от каких-либо манипуляций выборах. Конституция признает за обеими палатами парламента ограниченные полномочия по сравнению с полномочиями президента. Многие избиратели осознают, что депутаты, избранные ими в Федеральное Собрание, заседающее в Москве, несут лишь ограниченную ответственность. Именно поэтому избиратели не выражают достаточной готовности знакомиться с программами кандидатов; кандидаты, в свою очередь, или их партии также не видят необходимости в том, чтобы убедительно представить каждый содержательный пункт своей программы. Доверие избирателей к избираемым формируется лишь на личностном уровне. Таким образом, разработка деловых, способных к конкуриренции программ (по поводу которых избиратели смогли бы сделать свой альтернативный выбор) отодвигается на второй план вопросами типа, является ли тот или иной партийный лидер «честным человеком».

2. Формирование мажоритарно-пропорционального представительства в Госдуме - вторая выборная функция - скорее осложняется, чем облегчается российским избирательным законом. Известно, что 225 депутатов избираются по общефедеральному избирательному округу по системе пропорционального представительства. Другие 225 депутатов избираются согласно мажоритарной системе относительного большинства по одномандатным округам (»достаточно собрать большее по сравнению с другими кандидата ми число голосов»). Борис Ельцин также может преследовать цель создания большинства в парламенте. Таким образом, исходя из российского избирательного права, нельзя понять, происходит ли вместе с выбором избирателя создание справедливого представительства его воли или образование правительственного большинства. Российское избирательное право создает систему [4], при которой смешиваются элементы пропорционального представительства и относительного большинства.

Джованни Сартори видит в избирательной системе инструмент манипуляции (»избирательные системы являются наиболее удобным инструментом манипуляции в политике») [5]. У Дитера Нолена это звучит так: «Вопросы избирательной системы - это вопросы власти. Следовательно, социальные силы или политические группы оценивают избирательные системы по той выгоде, которую они будут или не будут иметь в конечном результате» [6]. Возможность переизбрания отдельного депутата может считаться важным политическим вопросом власти в российском контексте. Существование 225 одномандатных округов является для отдельного кандидата желанным трамплином в парламент. В противоположность Британскому, российское избирательное право относительного большинства не служит образованию парламентского большинства. С одной стороны, дело в том, что представительное избирательное право предоставляет лишь половину мест в Думе. Любое фракционное и партийное представительство может потерпеть неудачу в отличие от депутатов, которые имеют обязательства лишь перед своим избирательным округом. С другой же стороны, пятипроцентный барьер не действует в этом случае в желаемом направлении.

Мы имеем дело с такой ситуацией, когда многие независимые депутаты только после выборов решают, к какой фракции они хотели бы присоединиться, что не создает необходимой концентрации парламентских сил. Однако при выборах в Думу 1995 года пятипроцентный барьер сыграл свою роль, когда половина из собранных подписей избирателей была зарегистрирована на в пользу 39 партий, которые не смогли попасть в парламент. Следует принять во внимание, что 20% голосов, как правило, бывает достаточно для получения одного мандата, каждый десятый избиратель может быть представлен в Госдуме максимум двумя голосами. Было бы, однако, ошибочным рассматривать выборную функцию пропорционального представительства реализованной.

3. Контроль над правительством посредством парламента обеспечивается в российской политической системе также ограниченно. В системе биполярной исполнительной власти премьер-министр юридически несет ответственность перед парламентом, но фактически он, прежде всего, зависит от благосклонности президента; это установлено различными положениями конституции 1993 года. Важные функции демократических выборов, начиная с выборов в Государственную Думу в 1995 году, не выполняются или выполняются недостаточно. В частности, интересы основной массы российских избирателей представлены неадекватно. Их контроль над правительством осуществляется не посредством выборов в парламент, а через президентские выборы, которые подчиняются совершенно другим закономерностям. Разумные альтернативы правительственной политики становятся благодаря этому, скорее, второстепенными. Следует заметить, что выборы в Государственную Думу вообще не предоставляют возможности смены власти. Распыляющее действие избирательного права затрудняет и практически препятствует образованию закрытой парламентской оппозиции. В связи с этим нет и стимулов для создания сильной партийной системы. Все это лишь ограниченно соответствует постулату Шумпетера о проведении конкурентной борьбы за власть на базе различных политических программ. Российский парламентаризм демонстрирует в этом случае личностный подход к выборам, и отодвигает программы кандидатов на задний план.

Тем не менее, есть те функции, которые были реализованы парламентскими выборами 1995 года [7]: так прежний набор, преимущественно, партийной по характеру политической элиты был поставлен на более широкий персональный и региональный базис. Отдельные депутаты, как и парламент в целом, пользовались безупречной в правовом отношении легитимностью. Не последнюю роль выборы сыграли и в формировании демократической политической культуры.

На фоне соблюдения всех этих основных условий выборов в Думу 1995 года случайные нарушения принципов демократических выборов можно обнаружить на местном уровне - в общероссийском масштабе подобные фальсификации имели бы незначительные последствия. В то время как основные положения избирательного закона гарантируют всеобщие, свободные, равные и тайные выборы [8], международными наблюдателями было высказано недовольство по поводу нечестной практики получения каких-либо преимуществ в день выборов. В заключительном докладе ОБСЕ говорится: «Хотя освещение хода выборов средствами массовой информации не было безупречным, в Москве оно больше всего достигло цели равноправного представления всех партий (как и в ходе выборов 1993 года - Т. Б. ). Региональные средства массовой информации значительно уступают Москве, более того, они монополизированы и работают в пользу отдельных партий, и отдельных кандидатов. «

В 19-ти сообщениях немецких наблюдателей трижды упоминалось о нейтралитете местных средств массовой информации. В 9-ти случаях были зафиксированы жалобы кандидатов на средства массовой информации. Прочие сообщения не останавливаются на роли средств массовой информации в предвыборной борьбе отчасти из-за недостаточного владения языком, отчасти из-за непродолжительного пребывания наблюдателей (от 1 до 2 дней) в избирательных округах.

Средства массовой информации в российской провинции в значительной степени зависят от местной администрации. Если она не выступает как владелец радиокомпаний и газетных изданий, то она может попытаться влиять на ориентацию средств массовой информации посредством лицензионной или дотационной политики. Сообщения немецких наблюдателей указывают на то, что нерегулярность при освещении хода выборов в средствах массовой информации зависит от политической позиции местных органов власти. В 8 из 9 случаев, в которых сообщалось о партийности средств массовой информации, указывалось и на другие нечестные методы местной администрации (исключение составлял Санкт-Петербург).

Президентские выборы 1996

Практика российской политической системы построена таким образом, что все политические институты ориентируются на полюс президента. Сам глава государства неизбежно подчиняется влиянию экономических консультантов, консультантов по безопасности, чиновникам администрации, неинституализированным групповым интересам. Из-за недостаточных полномочий парламента и из-за того, что премьер-министр тоже подчиняется президенту (а не парламенту), происходит отказ от процесса рационального волеизявления посредством демократической процедуры выборов [9]. Политическая система тяготеет в период выборов к нестабильности из-за силы президентского кабинета, когда для большинства подчиненных все плюсы и минусы зависят только от принятого ими выбора: за или против действующего президента. Президентские выборы, проводимые каждые четыре года в соответствии с конституцией, можно назвать водоразделом в российской политике. В отличие от выборов в Государственную Думу, президентские выборы представляют собой «игру со ставкой» [10].

Как при выборах в Государственную Думу, так и в ходе президентских выборов не было высказано никакой принципиальной критики в адрес самого избирательного закона. ОБСЕ в своем заключительном докладе констатирует, что рамочные условия по проведению выборов в установленном законом порядке «в принципе» соблюдены. Всеобщее недовольство международных наблюдателей - сообщения немецкой миссии не составляют исключения - относится к истолкованию существующих законов и к отсутствию воли Центральной избирательной комиссии завоевать авторитет, соответствующий букве и духу избирательного закона.

Доступ к средствам массовой информации

Равный и справедливый доступ к средствам массовой информации уже в ходе выборов в Госдуму был подвергнут сомнению по многим аспектам, поскольку члены правительства (»Наш дом - Россия») злоупотребили своим положением в целях предвыборной борьбы. Только благодаря относительно широкому спектру независимых кандидатов, картина, представленная телевидением в 1995 году, была хоть и непропорциональной, но многообразной по своему составу. Будучи в Вологде зимой автор сам мог наблюдать «жаркие» теледебаты с Явлинским, Лебедем, Зюгановым, Жириновским и другими кандидатами «партии власти». Однозначно можно констатировать, что частные телевизионные каналы составили противовес двум государственным, несмотря на злоупотребления местных администраций.

Для наблюдения за средствами массовой информации в ходе предвыборной кампании российского президента Европейский Союз профинансировал специальную программу (»TACIS-Programm»), разработка которой была поручена Европейскому Институту средств массовой информации (EИСMИ). EИСMИ констатировал в сообщении от 5 июля 1996 года на основе оценок телевизионного времени тот факт, что действующему президенту уже перед первым туром голосования телевидение уделило больше внимания, чем другим кандидатам вместе взятым. Перед вторым туром голосования об обоих кандидатах говорилось равное время, но о Ельцине информация была почти исключительно положительной, а о Зюганове - почти исключительно отрицательной. EИСMИ делает на этом основании следующий вывод:

Команда EИСMИ полагает, что победа могла быть обеспечена посредством влияния на средства массовой информации. . . Администрация Ельцина была готова использовать любой, даже нечестный метод для достижения победы. Поэтому освещение президентских выборов 1996 года средствами массовой информации не было шагом в направлении демократии.

Поскольку ОБСЕ в своем заключительном докладе в этом пункте согласилась с Европейским Институтом, то ее официальный вердикт в связи с отрицанием знака качества «свободные и честные» в отношении российских выборов можно считать неприкрытым порицанием наиболее авторитетных российских политиков.

Чем ближе становился день выборов, тем сомнительнее становилась позиция Центральной избирательной комиссии. 15 июня 1996 года Николай Рябов призывал по телевидению не только к активному участию в выборах, но также призывал электорат выбирать «сердцем». Многим россиянам, наверняка, показался знакомым этот лозунг (»Выбирайте сердцем!»), поскольку он был одним из основных предвыборных лозунгов Ельцина.

В день выборов один из представителей Комиссии между 19 и 20 часами московского времени (т. е. задолго до закрытия последнего избирательного участка в 23 часа в Калининградской обл. ) объявил о чрезвычайно высокой степени участия в голосовании в так называемом «красном поясе». Это он связал с призывом к избирателям в городах - чья симпатия к реформам не является тайной - в оставшееся время воспользоваться своим избирательным правом.

Перед вторым туром голосования 3 июля избирком усилил черно-белые тона в стремлении активизировать участие в выборах. Решение, идущее вразрез с избирательным законом, голосовать в течение одного дня (объявленного выходным днем), можно расценивать как принятое в пользу Ельцина. За несколько дней до 3 июля российское телевидение (ОРТ) показало черный экран, на котором стрелки часов бежали в обратном направлении до открытия избирательных участков под аккомпанемент приглушенной барабанной дроби, которая прерывалась избирательными призывами. Эти призывы явно напоминали предвыборные речи Ельцина: «3 июля решится судьба России», или «Кто 3 июля не сделает свой выбор, больше, может быть, не получит такого шанса».

Финансирование предвыборной кампании

Финансирование предвыборных кампаний остается в России скользкой темой. Закон, хотя и устанавливает максимальные границы расходов на предвыборную кампанию [11], но у Центральной избирательной комиссии отсутствуют средства для их фактического контроля.

На пресс-конференции от 21 июня 1996 года Н. Рябов согласился с тем, что суммы, расходуемые на отдельных кандидатов, не укладываются в рамки, установленные законом. В первую очередь перешагнул эти рамки сам действующий президент Ельцин. По поводу замечания Центральной избирательной комиссии, что Зюганов вложил больше средств в предвыборную борьбу, чем разрешено, можно только гадать. На уже упомянутой пресс-конференции Рябов объяснил это тем, что он, якобы, отказался тянуть лямку той или иной избирательной команды.

Партийность местных органов власти

Кандидатов партии «Наш дом - Россия» и команду Ельцина упрекали не только в том, что они нарушили официальные финансовые законы проведения избирательной кампании. В 17 из 64 сообщений наблюдателей указывалось на явные партийные предпочтения местных администраций. Расходы на предвыборную кампанию за счет государственных структур, отказ в общественных помещениях перспективным конкурентам, открытые призывы республиканских президентов, местных глав администраций, мэров городов голосовать за определенного кандидата - все это относится к стандартному репертуару тех жалоб, которые были высказаны наблюдателями в адрес соответствующих кандидатов и партийных представителей.

В ходе президентских выборов из Татарстана, Башкоркостана [12] и Астраханской области поступали сообщения о конкретных случаях давления со стороны представителей местной администрации. Как избиратели, так и председатели избиркомов предупреждали о том, что Ельцин во втором туре голосования может не набрать необходимое количество голосов для победы. В Астрахани на пути избирательных протоколов от избирательного участка до территориальной избирательной комиссии «вклинивались» представители местной администрации, предусмотрительно заполняя протоколы карандашом. В заключении миссии ОБСЕ сообщается также о случаях давления местных органов власти на избирательную процедуру из «демократической» Москвы. Так, владельцы ресторанов и магазинов в центре города были вынуждены повесить в своих витринах агитационные плакаты.

На этих плакатах, которые перед вторым туром голосования появились также в метро и на вокзалах, в верхней части были изображены в черно-белых тонах очереди, пустые полки и другие «достижения» Советской системы, в то время как в нижней части плаката были показаны красочные семейные мотивы, сцены свободного времяпрепровождения и изобилие товаров и услуг. Данная символика соответствовала предвыборной кампании Ельцина.

В официальном заключении ОБСЕ по президентским выборам итоги голосования в Татарстане, Башкоркостане, Мордовии и Дагестане ставятся под сомнение. Во всех этих республиках (кроме Башкортостана) Ельцин показал во втором туре голосования гораздо лучший результат, чем в первом. Зюганов, наоборот, потерял в процентном отношении абсолютное число голосов. Абсолютные потери голосов Зюганов имел и в двух других национальных республиках (см. таб. 1).

В Татарстане были отмечены и другие факты фальсификации выборов. По предварительным результатам в первом туре голосования Зюганов достиг отрыва в 3 процента, однако результаты, представленные два дня спустя в Казани и Москве, показали уже небольшой перевес в пользу Ельцина (»Вечерняя Казань» и «Казанские ведомости» от 18. 06. 1996).

 

Ельцин
16. 6. 96

Ельцин
3. 7. 96

Зюганов
16. 6. 96

Зюганов
3. 7. 96

Татарстан

745181
38. 34%

1253121
61,45%

740451
38,10%

658782
32,31%

Карачаево-
Черкессия

54823
25,82%

109747
49,89%

117677
55,42%

104379
46,09%

Северная
Осетия

57849
19,28%

133748
43,00%

187007
62,33%

164308
52,82%

Дагестан

230614
28,52%

471231
52,65%

511202
63,23%

401069
44,81%

Таблица 1.: Субъекты Федерации, в которых Зюганов во втором туре голосования потерял абсолютное число голосов.

Источник: «Российская газета от 1. 07 и 16. 07 1996 года. Процентные данные: зарегистрированные действительные и недействительные голоса.

Осмысление приведенных данных показало, что в ходе первого тура голосования во всех семи Казанских городских районах были зарегистрированы случаи нарушения. При сравнении избирательных протоколов семи территориальных избирательных комиссий и сводной таблицы по республике Татарстан в целом цифры не совпали. (см. таб. 2. ) Новых результатов было достаточно для того, чтобы Ельцин (745181 голос) смог обеспечить себе победу над Зюгановым (740451 голос) в Татарстане.

Избирательные округа

Ельцин
(протоколы окружных комиссий)

Ельцин
(свободный протокол ЦИК РТ)

Зюганов
(протоколы окружных комиссий)

Зюганов
(свободный протокол ЦИК РТ)

Авиастроительный

23428

27428

10106

8821

Вахитовский

33247

40247

10609

10609

Кировский

24399

30499

10289

10289

Московский

36286

43226

12594

10575

Новосавиновский

41007

49007

17122

17022

Приволжский

47826

52326

19407

14907

Советский

46546

56546

18174

12174

Казань в целом

252739
(50,85%)

299279
(60,21%)

98301
(19,78%)

84497
(17,00%)

(497036 зарегистрированных голосов)

Татарстан в целом

698641
(35,95%)

745181
(38,34%)

754255
(38,81%)

740451
(38,10%)

(1943567 зарегистрированных голосов)

Таблица 2.: Официальные итоги первого тура голосования в Казани,
Республика Татарстан (РТ).

Источники: сводная таблица республики Татарстан; 5 территориальных избирательных протоколов; компьютерная распечатка Центризбиркома Москвы от 17. 06. 96. Процентные числа: собственный расчет (100% = зарегистрированные голоса).

Эта манипуляция обязана Центризбиркому Татарстана, так как именно там были подтасованы протоколы по семи избирательным округам. Центризбирком Татарстана использовал любые средства, чтобы не бросались в глаза подтасовки:

- зависимость членов избиркома: по свидетельству одного из консультантов избирательной комиссии, всех ее членов заставляли подписывать протокол без конкретных данных.
- исключение общественности из процесса наблюдения: сводная таблица по Татарстану, вопреки положениям избирательного закона, не была представлена для оценки ни наблюдателям, ни членам избиркома РТ. Также она не была представлена в СМИ. Также мы не могли найти ни одну окружную комиссию, которая бы детально опубликовала итоги выборов, хотя 2-ой параграф 58-ой статьи избирательного закона это предписывает.

- затруднения с возможностями контроля: в некоторых окружных комиссиях не были сданы вовремя ни протоколы, ни сводные таблицы, поэтому у местных и международных наблюдателей слишком много времени ушло на то, чтобы раздобыть эти документы (или, по крайней мере, их заверенные копии).

Согласно сообщениям немецких наблюдателей по другим округам фальсификации не были установлены. Однако то, что делает исключительным случай Татарстана, это реакция Центризбиркома (Москва). Именно там должны были прежде всего заметить эти нарушения. В предварительных данных, которые были отправлены в ночь выборов по компьютерной системе ГАС-выборы, речь не идет о каких-то выдуманных числах. Под «предварительными данными» имеются в виду официальные результаты, которые позже подтверждаются письменными протоколами. Поэтому любое отклонение от официального результата в каком-либо субъекте Федерации должно было бы быть замеченным в Москве и послужить поводом для вопросов, поскольку речь в предоставленных данных идет об официальных цифрах. Вместо того, чтобы проверить «ошибки», Центризбирком опубликовал фальсифицированные данные из Татарстана без какого-либо комментария [13].

В ходе второго тура голосования в Татарстане подобных проблем уже не было. Ельцин, побежденный 16 июня, прорвался вперед с большим отрывом. Зюганов потерял абсолютное число голосов. Президент Татарстана Минтимер Шаймиев прокомментировал этот перевес в интервью с Марианной Бутеншен от 4 июля 1996 года следующим образом [14]: «Мы мало работали с народом (перед первым туром голосования - Т. Б. ), нам следовало бы объяснить людям, что необходимо поддержать российского президента. (. . . ) Мы обязаны объяснять людям все, говорю я Вам, особенно в деревне. Избиратель не виноват, его нельзя обвинять. Но необходимо суметь объяснить избирателям, о чем идет речь».

С точки зрения международных наблюдателей следует добавить, что разъяснительная работа Шаймиева не была проведена в СМИ (см. таб. 3. ) и настоящей предвыборной борьбы в течение периода между турами голосования фактически не было. Вероятно, бремя «объяснения» легло на плечи местных администраций.

 

Ельцин
16 июня

Зюганов
16 июня

Ельцин
3 июля

Зюганов
3 июля

+/-
Ельцин

+/-
Зюганов

Казань - официаль.

62,0

17,4

67,8

26,5

+5,8

+9,1

Казань- реальные рез.

52,2

20,3

   

+15,6

+6,2

Районы:

Азнакаевский

30,2

50,2

60,9

31,6

+30,7

-18,6

Арский

44,9

44,3

88,1

9,3

+43,2

-35,0

Атнинский

50,0

39,3

85,5

9,5

+35,5

-29,8

Бавлинский

32,5

47,3

89,3

5,8

+56. 8

-41,5

Буинский

29,4

60,1

72,5

20,9

+43,1

-39,2

Заинский

22,7

69,9

75,8

18,2

+53,1

-51,7

Кайбицкий

41,6

50,4

79,0

17,8

+37,4

-32,6

Мензелинский

42,6

43,3

81,4

16,0

+38,8

-27,3

Сабинский

36,2

51,5

78,5

16,4

+42,3

-35,1

Сармановский

35,1

47,5

75,4

18,9

+30,3

-28,6

Татарстан - офиц

38,3

38,1

61,5

32,3

+23,2

-5,8

- реал

36,0

38,8

   

+25,5

-6,5

Таблица 3.: Выборка результатов по окружным комиссиям Татарстана (в процентах).

Чтобы обеспечить сопоставимость с числами по республике Татарстан, процентные величины в этой строчке относятся к действительным голосам. Поэтому они не совпадают с таблицами 1 и 2.

Источники: Компьютерная распечатка Центризбиркома Москвы от 17. 06. 96. (Совпадение с избирательными протоколами избирательной комиссии в Казани); сводный протокол от 18. 06 96 с отклонениями (собственный расчет действительных голосов в процентах); «Республика Татарстан» от 6. 07. 96 (в процентах действительных голосов);»Российская газета» от 16. 07. 96 (расчет зарегистрированных голосов в процентах).

Многочисленную партию пропагандистов в поддержку Ельцина наблюдатели не смогли выявить. По некоторым сообщениям Шаймиев, якобы, угрожал заменить или заменил тех местных глав администраций, в чьих регионах Зюганов в первом туре голосования получил особенно много голосов [15].

Возможны ли фальсификации по Российской Федерации в целом в рамках соблюдения избирательного права?

Большинство наблюдателей считают, что подтасовок на избиратель ном участке нет; однако они часто критиковали прозрачность процесса подсчета на избирательных участках (например, они вынуждены были находиться слишком далеко, чтобы действительно видеть детали подсчета голосов). Даже если какие-либо подтасовки возникли бы на некоторых избирательных участках (хотя указания на это в сообщениях нет), то появились бы количественные проблемы. Российский электорат состоит из более чем 108 млн. избирателей. При участии в выборах 70% избирателей возникает необходимость в манипуляциях с более чем 700 тыс. голосами, чтобы добиться изменения результата в 1%. В ходе президентских выборов работало около 97000 избирательных участков, где голосовало в среднем 1113 избирателей на каждый участок. Для манипуляций с 1% необходимо было бы статистически подтасовать голоса всех избирателей на более чем 630 избирательных участках; при этом необходимо было бы вовлечь дюжину окружных комиссий. Автор статьи, основываясь на собственном опыте, согласен в этом вопросе с немецкими наблюдателями. Подтасовки в избирательных бюллетенях можно исключить в связи с регистрацией избирателей, несмотря на «переносные урны» и по причине ограниченного пространства для манипуляций. В ходе президентских выборов (по данным Центризбиркома) было зарегистрировано около 3 млн. членов избирательных комиссий и наблюдателей, которые могли обоюдно контролировать друг друга.

Самое широкое поле возможностей для всякого рода приписок существует на этапе учета результатов выборов. Упреки по поводу приписок, которые возникли в отношении выборов в Думу и в ходе референдума по принятию Конституции 1993 года, никто так и не смог опровергнуть. «Доказательства», приведенные в авторитетной публикации Московских политологов А. Собянина и В. Суховольского 1995 года [16] на основе регрессивного анализа страдают от целого ряда существенных пробелов (представлены приблизительные данные, нет сравнений, нет объяснения значительных расхождений, выводы сделаны на основе процентных, а не цифровых данных), что сводит на нет все исследование. Однако свидетельства подобных нарушений, совершенных в ходе выборов и референдума 1993 года, тем не менее существуют. Так, например, подсчет голосов после референдума, производимый в Кремле (не вполне нейтральное место), учет результатов в закрытых от наблюдателей помещениях администрации или например, быстрое уничтожение избирательных бюллетеней уже в апреле 1994 года.

Компьютерная система ГАС-выборы, установленная в каждом регионе страны перед президентскими выборами, является серьезным препятствием на пути потенциальных фальсификаций. Система связывает около 3000 избирательных комиссий на территории РФ с окружными избирательными комиссиями субъектов Федерации и Центризбиркома в Москве. Эта система позволяет вычислить фальсификаторов и подвергнуть их общественному суду. Также и информация, передаваемая данной системой, значительно сужает тот временной промежуток, во время которого можно было бы манипулировать. Следует также отметить, что Ганс-Геннинг Шредер (объект наблюдения - Волгоград) проверил безопасность данной компьютерной системы на предмет фальсификаций с положительным результатом.

Выводы

В отношении Российских парламентских и президентских выборов можно обозначить два круга проблем:

1. Отсутствие прозрачности: процесс учета и подсчета голосов происходил таким образом (из опыта автора-наблюдателя в одном из субъектов Федерации), что избиратели и наблюдатели не могли или могли с большими трудностями проследить за законностью этого процесса. В Татарстане избирательные комиссии вообще не публиковали результаты выборов. Поэтому там выборы не могут считаться «свободными». Также и в Белгородской области, по сообщениям наблюдателей, результаты первого тура голосования были опубликованы не полностью. В других субъектах Федерации немецкие наблюдатели представлены не были.

Вердикт большинства немецких наблюдателей как в отношении выборов в Госдуму, так и в отношении президентских выборов имеет положительную оценку - также и из-за присутствия местных наблюдателей. Хотя заявление коммунистов, что каждый избирательный участок имел местных наблюдателей, можно было бы опровергнуть. Несмотря на то, что российских наблюдателей стало больше, нельзя сказать, что это 100%-ое присутствие (многие сообщения подтверждают такое утверждение). В территориальных избирательных комиссиях и в комиссиях субъектов Федерации более высокого уровня национальные наблюдатели были представлены как представители отдельных кандидатов или партий. Последние встречали препятствие только в Татарстане.

2. Автономное формирование мнения: формирование мнения российских избирателей представляет противоречивую тему в сообщениях наблюдателей. Упреки в адрес местных администраций, прессы и по поводу организации предвыборной кампании в том, что оказывалось влияние на ход выборов в пользу определенных кандидатов, имеют внутреннюю подоплеку, а именно, то, что избиратели оказались незащищенными перед «махинациями» такого рода. Несмотря на то, что освещение в СМИ процедуры выборов было односторонним, весь механизм этой непропорциональной подачи информации остается как теоретически, так и практически неясным. Тем не менее, две трети избирателей плюс воздержавшиеся в первом туре голосования все-таки не попали под агитационное влияние СМИ. Преподносимый некоторыми наблюдателями и встречающийся в прессе тезис о «директивном избрании» нельзя считать справедливым для всей России.

С другой стороны, такие отклонения как в Татарстане или Дагестане (ср. таб. 1. и 3. ) едва ли можно убедительно объяснить. В качестве основного СМИ в предвыборной борьбе в России повсюду использовалось телевидение, которое, судя по сообщениям, всячески препятствовало победе коммунистов на выборах. Кто отвечает за то, что соседние с республикой Татарстан и демографически родственные ей субъекты федерации, такие как Чувашия и Удмуртия, третьего июля проголосовали примерно так, как и ожидалось после первого тура голосования? Исходя из опыта Татарстана можно заключить что, кроме СМИ, имелись другие факторы, которые бы могли объяснить почему Зюганов потерял абсолютное число голосов. Отдельные сообщения свидетельствуют о том, что имело место и запугивание избирателей и избирательных комиссий. Как правило, это давление исходило от представителей местной администрации (Ростовская обл. , Астраханская обл. , Татарстан, Хабаровская обл. ). Тогда ответственность за потерю голосов Зюгановым несут не избиратели, которые уже между турами голосования действовали нерешительно. Не имея возможности это доказать, автор статьи считает возможным в некоторых частях РФ «избрание под давлением» как один из вариантов «директивного процесса избрания». Для достоверности этого предположения на предстоящих выборах можно было бы ближе рассмотреть внутреннюю структуру власти определенных субъектов Федерации, противоречащую, как полагает автора, интересам демократии.

Сообщения немецких наблюдателей показывают, что технические предпосылки избирательного процесса, по сравнению с предыдущими выборами, значительно улучшились. О фальсификациях в масштабе всей России не может быть и речи. Из сообщений немецких наблюдателей можно сделать следующий вывод: в некоторых частях Российской провинции и особенно в национальных республиках еще не все региональные элиты пришли к осознанию того, что в демократических системах выборы на конкурсной основе являются единственно возможным законным путем для выдвижения власть имущих. Успехов в формировании демократической политической культуры скорее можно было бы ожидать от повседневных политических будней, чем от президентских выборов.

Важным обстоятельством, если иметь в виду случай с Татарстаном, можно считать и тот факт, что Центризбирком в Москве скрыл махинации своих коллег в Казани. В качестве мотива здесь можно принять во внимание неправильно понимаемую коллегиальность, сокрытие некоторых ошибок, возможно, суверенный статус Татарстана или, может быть, просто надежду на то, что никто не заметит. В глаза бросается неконтролируемость Московского Центризбиркома. Может быть, поэтому он, прежде всего, обязан своим Московским «кормильцам»? Центризбирком мог бы использовать свою институционную независимость, чтобы принципиально и беспощадно выступить за подлинно законные выборы в связи с событиями в Татарстане.

Но он этого не сделал. Таким образом, остается неизвестным, только ли в Татарстане прибегали к фальсификациям. Поскольку международные наблюдатели были представлены только в 35 субъектах Федерации в ходе президентских выборов, а опыт российских наблюдателей, насколько это известно автору, никто не попытался обобщить, на географической карте Российских выборов все еще остаются белые пятна. Для установления демократических стандартов в ходе выборов граждане соответствующих областей, прежде всего, зависят от центра, который на прошедших выборах скорее был сориентирован на «демократа» Ельцина, чем на «демократию» как таковую.

Литература и примечания:

1. Автор благодарит сотрудников МИДа за дружеское сотрудничество, а также Марианну Бутеншен за многочисленные ценные указания, Ганса-Генинга Шредера и Манфреда Заппера.
2. Stefan Mair: Международное наблюдение за ходом выборов как инструмент процессов демократизации. Размышления по поводу участия немецких наблюдателей. Издательство «Виссеншафт унд политик», Эбенхаузен, 1994, стр. 48.
3. Dieter Nohlen: Wahlrecht und Parteiensystem (Избирательное право и партийная система). Opladen, 1990, стр. 24.
4. Mirjana Kasapovic/ Dieter Nohlen: Избирательные системы и смена системы в Восточной Европе. В: Вольфганг Меркель/Эбенхард Зандшнейдер/Дитер Зегерт: Смена системы 2. Опладен, 1996, стр. 223-259.
5. Giovanni Sartori: Comparative Constitutional Engineering. An Inquiry into Structures, Incentives and Outcomes. Нью-Йорк, 1994.
6. Nohlen, Wahlrecht [Fn. 3], S. 47.
7. Nohlen, Wahlrecht [Fn. 3], S. 25-26.
8. Eberhard Schneider: Выборы в Думу. Итоги, информация, анализ. В:»Osteuropa», 5/1996, S. 430-448.
9. Timm Beichelt: Шансы консолидации Российской правительственной системы. В.: «Osteuropa», 6/1996, S. 597-609.
10. Adam Przeworski: Игра со ставкой. Процессы демократизации в Латинской Америке и Восточной Европе. В.: «Transit», 1/1990, S. 190-211.
11. В избирательных законах по Государственной Думе (статья 52) и по президентской администрации (статья 45) общие расходы отдельных партий, избирательных блоков или кандидатов были ограничены в 250000 размеров средней заработной платы.
12. Данные высказывания в отношении Башкоркостана были сделанын нидерландским наблюдателем на брифинге ОБСЕ 5 июля 1996 года в Москве.
13. «Transition», 20. 09. 96, S. 36-37.
14. Сообщение наблюдателя М. Бутеншен.
15. «Transition», 20. 09. 96, S. 37.
16. Собянин А. А. , Суховольский В. Г.: Демократия, ограниченная фальсификациями. Выборы и референдум в России в 1991-93 годах, Москва 1995 (без издательства). Дополняет книгу статья А. Собянин «Тайна выборов 12 декабря». «Открытая политика», 4(6), 1995, стр. 20-29.


21 Настоящий текст является переводом статьи, опубликованной в журнале Osteuropa, N2, 1997, p. 116-128. Перевод с немецкого Н. С. Лелека под ред. В. А. Бажанова и В. В. Михайлова.

«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2017  Карта сайта