Демократия.Ру



Юридическая консультация онлайн

Каждый должен обладать мужеством отстаивать свои убеждения. Александр Гумбольдт (1769-1859), немецкий естествоиспытатель и путешественник


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
Нормативный материал
Публикации ИРИС
Комментарии
Практика
История
Учебные материалы
Зарубежный опыт
Библиография и словари
Архив «Голоса»
Архив новостей
Разное
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


01.12.2022, четверг. Московское время 03:22


«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»

VI. Неприкосновенность частной жизни и общественный интерес

Частная жизнь лица на конституционном и законодательном уровне в современной России защищается достаточно серьезно. Достаточно привести статьи 23 и 24 Конституции Российской Федерации, которые гарантируют право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, телеграфных и иных сообщений. Также закреплено в Конституции, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускается. Законодательством также установлены гарантии защиты врачебной тайны, тайны усыновления и т.д.

Уголовное законодательство Российской Федерации вводит ответственность за незаконные сбор или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия на распространение этих сведений (ст. 137 УК РФ), за нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан (ст. 138 УК РФ), за разглашение тайны усыновления (удочерения) вопреки воле усыновителя, совершенное как лицом, обязанным хранить факт усыновления (удочерения) как служебную или профессиональную тайну, так и любым лицом из корыстных или иных низменных побуждений (ст. 155 УК РФ).

При этом пункт 4 статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливает, что каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (т.е. с учетом всех гарантий неприкосновенности частной жизни).

Закон же о СМИ вносит разумные законные коррективы в абсолютную защищенность частной жизни граждан:

- журналист обязан «получать согласие (за исключением случаев, когда это необходимо для защиты общественных интересов) на распространение» в средствах массовой информации сведений о частной жизни лица от самого гражданина или его законных представителей (п. 5 ст. 49);
- скрытая запись, т.е. распространение сообщений и материалов, подготовленных с использованием скрытой аудио- и видеозаписи, кино- и фотосъемки, допускается, если это не нарушает конституционных прав и свобод человека и гражданина (т.е., по сути, только с его согласия) или «если это необходимо для защиты общественных интересов и приняты меры против возможной идентификации посторонних лиц» (ст.50).

Закон о СМИ исходит из разумного представления, что не всякие факты и обстоятельства частной жизни граждан (не всяких граждан) должны быть скрыты от внимания общественности.

Период избирательной кампании - это тот самый период, когда избиратели должны узнавать не только дату рождения кандидата, размер его декларированного дохода и другие обязательные к обнародованию сведения, а также не только то, что сам кандидат захочет сообщить: избиратель имеет право знать максимально много о претендентах на руководящие властные должности, об их прошлом, в том числе и в период пребывания у власти в настоящем, о близких и родных политика. На то он и публичный политик. В этой ситуации грань между частной жизнью, интересами лица, его близких и общественным интересом весьма тонкая.

Все осложняется тем, что никаких законодательных ориентиров или признаков определения этого самого «общественного интереса» нет.

Аморальность министра юстиции или Генерального прокурора страны, наверное, напрямую затрагивает общественные интересы, так как эти должностные лица не только обязаны обеспечивать законность в стране, но и быть при этом образцом следования нормам морали и нравственности. Именно в этом плане информация (именно информация) об их «амурных» похождениях была правомерной и обоснованной. Но показ откровенных сцен с их участием, сделанных с помощью скрытой записи, - на мой взгляд, грубейшее нарушение конституционных прав человека и гражданина.

Информация о нарушении тайны телефонных переговоров сотрудниками одной из служб безопасности должна быть обнародована и доведена не только до сведения правоохранительных структур, но и до сведения общественности страны. Но публикация конкретных разговоров конкретных людей - грубейшее нарушение их конституционных прав.

Споры по поводу того, кто и согласно каким критериям должен определять «общественный интерес», ведутся давно. Однако, надо признать, весьма безуспешно.

Одни предлагают за водораздел частного и общественного интереса взять формальный критерий - принципы разграничения частного (сфера личной жизни) и публичного (сфера деятельности государства и общества) права. Правда, в этом случае сфера частного интереса будет стремиться к нулю, потому как практически все стороны жизни человека формально будут касаться «общественного интереса» (публичного права).

Другие в качестве ключевого признака предлагают использовать общественную значимость или общественную опасность (в том числе возможную) сокрытия тех или иных фактов частной жизни лица. И очевидно, в различных ситуациях применительно к различным категориям людей или отдельным лицам граница между частным и общественным интересом будет «плавать».

Поэтому следует такой малоутешительный вывод: журналист должен самостоятельно (ведь только после публикации окончательно может проясниться вопрос), руководствуясь своими профессиональными навыками и представлениями о гражданском долге и собственной оценкой сведений, составляющих тайны частной жизни, определять - является ли информация о частной жизни затрагивающей общественные интересы и каковы эти интересы. Следует согласиться, что задача, стоящая перед журналистом - сложная и ответственная. Ведь окончательный ответ на вопрос - прав журналист или нет - может дать только суд.

Но, к великому сожалению, у нас не прецедентная система права, и то, что решил один суд, может не соответствовать тому, что по аналогичному делу решил другой суд.

На мой взгляд, только повышение профессионального уровня журналистов, уровня их общей и правовой культуры позволит журналисту достойно определиться в коллизии: частная жизнь - общественный интерес.

Что же до пожеланий законодателю - определить на уровне закона термин «общественный интерес», то это и будет самым непосредственным и неуклюжим вмешательством государства в сферу частной жизни. Отдавать на откуп законодателю такую сферу - значит сознательно ограничить конституционные права граждан.

В период выборов каждый избиратель должен сделать самостоятельно осознанный и ответственный выбор. Для этого он должен обладать самой полной информацией о кандидате, о различных сторонах его жизни, в том числе и о его личной жизни.

Но журналист, который в период выборов проводит свои журналистские расследования, должен помнить не только о своем собственном интересе (интересный материал, скандальные факты) или об интересах своих читателей (а они, по большому счету, одинаковы), но и о правах объекта своего расследования, о конкретных частных интересах его родных и близких.

«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2022  Карта сайта