Демократия.Ру



Юридическая консультация онлайн

Человек не свободен выбирать между тем, чтобы иметь, и между тем, чтобы не иметь "идеалы"; но он свободен выбирать между различными идеалами, между служением власти, разрушению или служением разуму и любви. Эрих Фромм (1900-1980), немецкий социолог, философ


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
Нормативный материал
Публикации ИРИС
Комментарии
Практика
История
Учебные материалы
Зарубежный опыт
Библиография и словари
Архив «Голоса»
Архив новостей
Разное
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


19.09.2020, суббота. Московское время 18:40


«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»

Система трещит под весом денег

    Кандидаты, Партии и Группы особых интересов собрали рекордные 2,7 млрд долларов

    Рут Маркус и Чарльз Бэбкок
    корреспонденты газеты «Вашингтон пост»

    Воскресенье, 9 февраля 1997; стр. А01

Первая из четырех статей

13 октября 1995 года президент Клинтон пообещал своему правительству, что если ему выделят средства из избирательных фондов, то он в ходе предстоящей избирательной кампании 1996 года не превысит официально установленный лимит в 37 миллионов долларов.

Однако, даже подписываясь, под этим обещанием - что в конечном итоге принесло ему 13 миллионов долларов из карманов американских налогоплательщиков - президент покривил душой. В то же утро в 8:30 в одном из кабинетов Белого дома президент встретился в узком кругу за чашкой кофе с основными спонсорами Национального Комитета Демократической партии (НКДП), это - лишь одна из множества неформальных встреч, которые президент проведет в своей резиденции.

По плану, втихомолку одобренному месяцем ранее президентом и вице-президентом Гором, деньги, полученные в результате этого, перекачивались непосредственно Национальным Комитетом в про-клинтоновскую избирательную кампанию. НКДП стал во всех отношениях продолжением кампании Клинтона-Гора, дав возможность президенту потратить дополнительно 44 миллиона долларов на телевизионную рекламу и обойти установленный потолок расходов. Позднее Клинтон обвинит НКДП - «не моя кампания» - в злоупотреблениях, связанных со сбором средств, в действительности же и аппарат его избирательной кампании, и его партия действовали как единый механизм в поисках денег.

Политическая ловкость рук - когда обещают придерживаться старых правил и в то же время придумывают новые обходные пути -не является изобретением избирательной кампании 1996 года. Однако смелость, с которой демократы и республиканцы собирали и тратили деньги из фондов в ходе избирательной кампании, - поистине беспрецедентна. Республиканцы, порицая своих оппонентов за избранную ими тактику, вскоре превзошли демократов, оказывая помощь знаменосцу Республиканской партии сенатору Роберту Доулу (от штата Канзас). Такая практика вызвала смятение, уголовные расследования, и в результате американская избирательная система подверглась самому сильному нажиму со времени Уотергейта.

Возможно, выборы 1996 года скорее запомнятся как политический промах, как глубокая трещина в политическом организме, вызванная необузданными тратами и бесшабашной погоней за деньгами, что, в конце концов, сокрушило хрупкие законы о финансировании избирательных кампаний.

Извлекая выгоды из несовершенства механизма контроля над претворением законов в жизнь, а также судебных решений, в результате которых стали возможными беспрецедентные попытки повлиять на избирателей с помощью рекламных кампаний с многомиллионными затратами, политические партии и их союзники - так называемые группы особых интересов изобрели остроумные пути обхода правовых норм, призванных уменьшить влияние денег в политической жизни США. Такие законы, подобно дамбе, размываемой в течение долгого времени, в конце концов, отступили, по мере того как политические стратеги заново изобретали, переформулировали а, по мнению некоторых экспертов, просто нарушали нормы.

«В этом избирательном цикле мы увидели, не много не мало, подрыв системы финансирования выборов, - отметил Антонио Коррадо, политический аналитик, один из ведущих экспертов по вопросам финансирования избирательных кампаний. - Система, созданная в 1970 году, в основном, рухнула... Все это напоминало времена Дикого Запада, где было все возможно».

Ни один из политических приемов, использованных в избирательной кампании 1996 года, не был чем-то совершенно новым. Однако, у нее все же есть две отличительные особенности.

Во-первых, установленные после Уотергейта два десятилетия назад жесткие рамки финансирования избирательных кампаний, наконец, разрушены. Политические партии собрали бушели так называемых «мягких денег», пожертвований, на которые не распространяются федеральные ограничения, поскольку эти наличные деньги, якобы, не используются для поддержки отдельных кандидатов или для создания преград на их пути, что, само по себе, не более чем фикция. В ходе избирательной кампании 1996 года демократы и республиканцы собрали в три раза больше «мягких» денег, чем в 1992 году; они потратили большую их часть на рекламу, которая обошлась в 120 миллионов долларов.

Во-вторых, основа федерального закона о выборах - полное обнародование вкладов в избирательную кампанию и расходов - была подорвана группами особых интересов, способными действовать, не отчитываясь перед общественностью. Такие группы потратили, по меньшей мере, 70 миллионов долларов, большая их часть ушла на рекламу, о чем рассказали в интервью ведущие политические деятели.

К тому времени, когда были подсчитаны голоса и объявлены победители, выборы 1996 года оказались самыми дорогостоящими. По оценкам, 2,7 миллиарда долларов были потрачены на рекламу на телевидении и радио, почтовые рассылки, проведение опросов и политическую болтовню, которая была громче, продолжалась больше и была - для немногих счастливчиков участвовавших в выборах - более прибыльной, чем за все выборы в американской истории.

Безудержный сбор средств и неуемные траты трансформировали не только президентские политические баталии, но и борьбу в ходе выборов в палату представителей и сенат конгресса. Потоки денег - в частности, от групп особых интересов и национальных партийных организаций - устремились через штаты и округа по выборам в конгресс, ставшие полями идеологических битв для гораздо более могущественных сил, нежели отдельные кандидаты. Крупные суммы также пополнили казну, предназначенную для перевыборов, ведущих законодателей, которые, в свою очередь, помогли группам особых интересов получить налоговые и другие льготы, подобные федеральному закону о минимальной заработной плате, принятому прошлым летом.

Наконец, сбор и расходование средств послужили утверждению статуса кво: президент Клинтон и демократы остались в Белом доме, а республиканцы - сохранили большинство в конгрессе. Однако, избиратели демонстрируют признаки растущей обеспокоенности, даже цинизма, в связи с разрушающим воздействием денег на политическую жизнь. В ноябре менее половины всех избирателей, имеющих право участвовать в выборах, пришли голосовать.

Через три месяца после выборов от кампании 1996 года остался калейдоскоп традиционных образов: воздушные шары, каскадом спадающие на счастливых делегатов на политических съездах; кандидаты, пикирующиеся при обсуждении основные текущие проблемы; избиратели, устремляющиеся на участки.

Однако, остались и другие воспоминания: Спальня Линкольна в Белом доме, превращенная в комнату для постоя для избранных жертвователей; президент, в поисках денег встречающийся с осужденным биржевым спекулянтом, ведущим китайским торговцем оружием и другими подозрительными личностями; вице-президент, который в поисках дополнительных наличных денег для кампании забрел в буддистский храм; клика спонсоров, которые пожертвовав республиканцам по 250 или более тысяч долларов, как будто купили своеобразный «сезонный билет», дающий им право на особое отношение.

Если эти выборы были «совершенно новой игрой в мире злоупотреблений деньгами, связанными с политикой», как считает бывший президент организации «Общее дело» Фреда Вертхаймера, то существует также и такое общее мнение - вне зависимости от партийной принадлежности излагавших что недавняя избирательная кампания может стать прообразом будущих.

Некоторые считают неограниченное расходование средств на проведение избирательных кампаний положительным моментом, вовлекая избирателей в продолжительные дебаты по вопросам, не имеющим к этому никакого отношения. Так, юрист-республиканец, занимающийся выборами, Ян Бэрэн, приветствовал бы снятие ограничений на расходование денег, что, по его словам, было бы подобно «окончанию нашего эксперимента с запретом на продажу спиртных напитков».

Другие видят в этом более зловещие признаки. «Если не произойдет ничего, что может изменить эту систему, то 1996 год, по сравнению с тем, что может последовать потом, подобен первому году внедрения Интернета, - указал Вертхаймер. - На следующих выборах мы намного превысим те 2 миллиарда долларов, которые потратили в этом году, в еще более значительной степени будет нарушаться закон, в выборах станут участвовать еще меньше избирателей, американцы отойдут в сторону и станут наблюдать за своим продажным правительством».

Трудно указать точно тот момент, когда кампания 1996 года вышла за обычные рамки политики. Однако мягкий воскресный вечер в Вашингтоне полтора года назад может по праву считаться отправной точкой этой истории.

Закладывая основы обвала

10 сентября 1995 года Клинтон и Гор собрались с десятком своих ближайших советников на втором этаже Белого дома. Долгие месяцы в мозговом тресте Демократической партии велись споры о том, сколько денег потратить на рекламу и когда начать наступление. Первые, пробные шаги были сделаны в начале лета, сначала, когда на рекламную кампанию в поддержку Клинтона было потрачено 2,4 миллиона долларов, а затем, когда НКДП выделил на это еще 1 миллион долларов. Теперь пришло время решать, стоит ли наращивать огневой вал, что потребовало бы дополнительных миллионов долларов.

До дня выборов оставалось еще 14 месяцев. Но демократы были напуганы республиканской революцией 1994 года и перспективой потерять Белый дом после пребывания Клинтона в должности президента всего лишь один срок. Некоторые из разработчиков стратегии перевыборов Клинтона, в частности, советник президента Дик Моррис, выступили за проведение беспрецедентно раннего наступления на республиканцев, за 10-12-недельный рекламный блиц, который будет стоить по меньшей мере миллион долларов в неделю.

По утверждению Морриса, в качестве пробных шаров можно было бы использовать рекламные объявления, которые летом передавали по радио на некоторых рынках. Предполагалось, что это будут не традиционные политические воззвания в поддержку или против того или иного кандидата, а, скорее, «тематические рекламные объявления», которые позволят Клинтону продиктовать национальную повестку дня до того, как республиканцы узнают, какой удар по ним нанесен. Действительно, для всех, кроме юристов, занимающихся выборами, большинство тематических рекламных объявлений НКДП смотрелись и звучали как рекламные ролики, подготавливаемые избирательной командой Клинтона-Гора.

«Единственным способом контроля над воззваниями является их покупка», - объяснил Дональд Фаулер, бывший в то время председателем Национального Комитета Демократической партии.

Клинтон с воодушевлением приветствовал подход Морриса. Будучи губернатором Арканзаса, он получил общественную поддержку основных законов с помощью телевизионных реклам, широко финансировавшихся корпорациями. Клинтон также уже имел печальный опыт игнорирования силы воздействия на общественность тематической рекламы: в 1994 году в ходе борьбы за выдвинутую им инициативу реформирования системы здравоохранения он был разгромлен оппонентами, которые ловко повернули общественность против него. Рекламный ролик под названием «Гарри и Луиза», профинансированный Американской ассоциацией страхования здоровья, действующими лицами которого были два обывателя, ставившие под сомнение предложение Клинтона - стоила 15 миллионов долларов и была в центре гораздо более широкого рекламного наступления, на которое президент возложил вину за провал своих амбициозных планов.

Клинтон вступал в политический сезон 1996 года, имея значительные финансовые преимущества по сравнению с республиканцами. В ходе первичных выборов у него не было никаких оппонентов со стороны других демократов, однако, в соответствии с правилами финансирования избирательных компаний, он по-прежнему имел право истратить до 37 миллионов долларов на пути к съезду демократической партии, на котором он был официально провозглашен кандидатом партии на пост президента. Большая часть этих денег уже находилась в избирательном фонде Клинтона - Года. В противоположность Клинтону, Доулу, наиболее вероятному кандидату республиканцев, предстояло еще истратить в ходе первичных выборов практически всю разрешенную законом сумму на борьбу с другими претендентами - республиканцами.

И, тем не менее, обсуждая свой план в тот воскресный вечер, Клинтон и его команда не собирались предаваться самодовольству. Моррис настаивал на том, что имеющееся у Клинтона преимущество в избирательных деньгах недостаточно, что демократы не смогут купить необходимое для победы рекламное эфирное время, если будут строго следовать федеральным правилам расходования избирательных денег.

По воспоминаниям одного из старших советников Клинтона, Моррис «на проходивших еженедельно таких встречах твердил: «Мы должны тратить 1 миллион, 2 миллиона долларов в неделю. Мы должны продолжать тратить, должны искать деньги». Это стало каким-то фанатизмом - заполнять своей рекламой эфирное время и продолжать тратить».

Некоторые из советников Клинтона со скептицизмом относились к идее вложения больших денег в рекламу на ранних стадиях избирательной кампании; и они также задавали вопрос, а не базируются ли стратегические задумки Морриса целиком на его собственном финансовом интересе. В соответствии с данными Федеральной избирательной Комиссии, Моррис в качестве консультанта заключил с Клинтоном и НКДП контракты, по которым ему полагался определенный процент от каждого доллара, потраченного на рекламную кампанию. Кроме того, определенный процент получали и выбранные им лично консультанты по средствам массовой информации и специалисты по проведению опросов общественного мнения. Моррис, по словам одного из советников, заявил своим коллегам, что избирательная кампания 1996 года будет, скорее всего, его последней кампанией и что «это его последняя возможность здорово подзаработать». В интервью в пятницу Моррис заявил, что «представление о том, что я настаивал на большой рекламной кампании лишь с тем, чтобы лично получить побольше денег, абсолютно неверно».

Другие стратеги демократов видели в предлагаемом Моррисом подходе определенный смысл. Ведь тематическая реклама в прессе могла быть оплачена Национальным Комитетом Демократической Партии, а не избирательным комитетом Клинтона - Гора. Подключение финансов НКДП позволило бы демократам эффективно израсходовать намного больше тех 37 миллионов долларов, которые могли, согласно правилам, потратить кандидаты в ходе первичных выборов. Клинтон мог бы также обойти и федеральные ограничения на размеры пожертвований в избирательные фонды от частных лиц, поскольку закон не ограничивал 1.000 долларов размер пожертвований на избирательные цели в кассу НКДП. Более того, корпорации и профсоюзы, которым закон запрещает напрямую вносить средства в избирательные фонды кандидатов, могут предоставлять в неограниченном количестве «мягкие» деньги той или иной партии.

Для стратегов Кампании Клинтона, это было равноценно превращению соломы в золото. Юристы НКДП в начале лета одобрили финансирование партией тематической рекламы. По словам юристов, в соответствии с различными судебными постановлениями, оплата рекламных объявлений не подпадает под ограничения на расходы на избирательную кампанию, если эти объявления не призывают в «ясно выраженной форме поддержать» какого-либо кандидата или наоборот не оказывать ему поддержки.

В результате той встречи в Белом доме сложился консенсус: НКДП оплатит все 12 миллионов долларов, которые пойдут на первоначальную рекламную кампанию. Это решение безвозвратно соединило финансовые операции Национального Комитета Демократической Партии и избирательной кампании Клинтона - Гора в период выборов 1996 года.

Изыскание денег для подпитки рекламной кампании

Теперь задача была найти деньги.

Спустя месяц после встречи в Белом доме со своими советниками Клинтон приступил к реализации второго этапа задуманного плана. 6 октября 1995 года во время ленча в изысканном отеле «Хэй-Адамс», который находится через Лафайэтт-парк прямо напротив Белого дома, президент встретился с дюжиной самых спонсоров Демократической партии, чтобы заручиться их финансовой поддержкой.

В ход ленча, проходившего в зале Джона Хэйя - этот зал был выбран должностными лицами Демократической партии по той причине, что, по их мнению, «выглядит по-президентски» - спонсоров ознакомили с первыми набросками ведения избирательной кампании 1996 года, а также с тем, что они получат за свои деньги. Клинтон оставался на ленче довольно долго, чтобы оказать своим присутствием давление на спонсоров, а кроме того просмотреть несколько подготовленных тематических рекламных роликов.

Один из них, под названием «Ценности», был типичным для своего жанра. «Президент Клинтон выступает в защиту программы «Медикэйр», - четко произносил рассказчик. - Предложенный Доулом-Гингричем бюджет предусматривает сокращение программы «Медикэйр» на 270 миллиардов долларов... Президент Клинтон сократил налоги для миллионов рабочих семей. Бюджет Доула-Гингрича предусматривает увеличение налогов для 8 миллионов семей».

После того, как Клинтон покинул зал, за дело взялся Марвин Роузен, один из председателей НКДП, отвечающий за финансы партии. Агрессивная рекламная кампания была ключевым элементом в плане поддержки президента и его партии, а деньги - ключевой элемент в рекламной кампании. Некоторые из спонсоров, как, например один из крупных владельцев недвижимости в Сан-Франциско Уолтер Шоренстайн, уже выделили партии по 100.000 долларов или больше. Но Роузен хотел добиться от них еще больших пожертвований. Дерк Зифф, издатель из Нью-Йорка, был среди тех, кто внял призывам; несколько недель спустя Зифф выписал Национальному Комитету чек на сумму 300.000 долларов. Этот ленч принес в казну партии в общей сложности 1 миллион долларов.

Президент не только активно участвовал в обработке спонсоров, но и в создании самих тематических рекламных роликов, которые производились на деньги спонсоров. В своих мемуарах Моррис описывает Клинтона как «исполнительного директора нашей телевизионной рекламной кампании, ежедневно контролирующего этот участок. Он работал над каждым сценарием, просматривал каждый ролик, отдавал указания о внесении изменений при каждом просмотре и принимал решения, какой ролик следует пускать в телеэфир, когда и где».

Подпитываемые наличными деньгами рекламные ролики крутились на телевидении практически безостановочно с октября 1995 года по август прошлого года, когда состоялся съезд Демократической партии. Эти ролики, в которых должным образом выставлялся Клинтон, хотя в них и не было прямого призыва голосовать за него, смотрели по три раза в неделю 125 миллионов американцев. Согласно должностным лицам Демократической партии, на фоне выделенных партией на рекламную кампанию 44 миллионов долларов 12 миллионов долларов, затраченных кампанией Клинтона-Гора на телеэфирное время, выглядят не такой уж и большой суммой. Как позднее будет хвастаться Моррис, совместно проведенные рекламные кампании НКДП и Клинтона-Гора «создали первое в истории США целиком прорекламированное президентство».

Менеджер кампании Клинтона-Гора Питер Найт не стал ни в чем оправдываться. «Мы следовали духу и букве закона», -сказал Найт в интервью в пятницу.

Хотя и задуманная в тот период, когда Клинтону грозила перспектива не быть избранным на второй срок, телевизионная рекламная кампания стала занимать гораздо большее место в стратегии Демократической партии. Настолько эффективным оказалось влияние телевидения - опросы, проведенные по заказу Демократической партии, показали, что феноменальный успех был достигнут в тех областях, по которым было выпущено много роликов, - что Клинтон и его союзники начали мечтать о возвращении под свой контроль конгресса, равно как и о сохранении за собой Белого дома.

«Это все начиналось как попытка спасти самих себя, - отметил Фаулер, - и закончилось надеждой, что это может обернуться сногсшибательным успехом».

Цель - Новые Лица в Республиканской партии

Спустя два месяца после ленча в отеле «Хэн-Адамс» другая небольшая группа собралась в середине декабря в одном из расположенных в нью-йоркском Гринвич-виллидже бистро - «Гас плейс». Это была совсем иного рода стратегическая встреча: ее организовал Айра Эрлук, исполнительный директор общественной организации «Ситизен экшн», самостоятельно взявшей на себя защиту прав потребителей.

Организация «Ситизен экшн» была частью довольно разнородной коалиции единомышленников - включающей активистов движения за охрану окружающей среды, сторонников контроля над продажей оружия и защитников прав женщин, - которая хотела бы вернуть назад те позиции, которые были утрачены вследствие завоевания республиканцами большинства в конгрессе, и помочь избрать законодателей, которые с симпатиями относились бы к идеям коалиции. В «Гас плейс» Эрлук сумел собрать вместе специалистов, проводящих для Демократической партии опросы общественного мнения, - Стэна Гринберга и Селинду Лейк из Вашингтона, а также несколько потенциальных «инвесторов», которые, как надеялся Эрлук, смогли бы профинансировать создание тематических рекламных роликов, запланированных организацией «Ситизен экшн». Намерением организации, как потом поделится Эрлук, было целенаправленно воздействовать с помощью рекламных тематических роликов в самом начале избирательной кампании на уязвимых недавно избранных в конгресс законодателей-республиканцев и тем самым вынудить их думать только о своей защите.

Решение начать тематическую рекламную кампанию уже раз помогло Демократической партии; и теперь это должно было помочь группам особых интересов. Поскольку рекламные объявления были призваны высветить какую-либо проблему, а не обсуждать достоинства или недостатки какой-либо кандидатуры, происхождение и количество денег, истраченных группами особых интересов на рекламные объявления, не должны были сообщаться в Федеральную Избирательную комиссию. Более того, таким группам не нужно было финансировать создание и распространение рекламных объявлений из средств своих комитетов политических действий, которые, согласно закону, могут принимать от частного лица пожертвования только в сумме, не превышающей 5.000 долларов.

План организации «Ситизен экшн» практически совпал с планом, разработанным профсоюзами. На той же неделе, когда Эрлук и его друзья проводили свою встречу, Американская федерация труда - Конгресс производственных профсоюзов (АФТ-КПП) - насчитывающая 17 миллионов членов федерация тружеников - планировала обнародовать свою рекламную программу, предусматривающую расходы в размере 35 миллионов долларов и призванную помочь демократам вновь получить большинство в палате представителей конгресса. Эти деньги были собраны за счет членских взносов, и поэтому со стороны Республиканской партии последовали негодующие заявления, что «большие профсоюзные боссы» нечестно и незаконно используют в своих целях обязательные взносы рядовых членов, многие из которых голосуют на выборах за республиканцев. Должностные лица АФТ-КПП заявили в ответ, что рядовые члены федерации одобрили план затрат на рекламу.

Профсоюзы уже прибегали к тематической рекламе в начале 1995 года для того, чтобы снизить эффективность воздействия на американцев выдвинутой спикером палаты представителей конгресса Ньютом Гингричем «республиканской программы «Контракт с Америкой». Однако под руководством нового лидера - Джона Свини, который занял пост главы АФТ-КПП в ноябре 1995 года, амбиции федерации возросли. «Мы хотели, как часть нашего плана вступления в год выборов, установить условия обсуждения проблем, которые нас волнуют, - отметила Денис Митчелл, которая отвечала в федерации за связи с прессой. - Поэтому мы намеренно не стали ждать до Дня труда (1996 г.), когда люди, как считается, начинают обращать внимание на политику».

Самым главным вопросом, который беспокоил в то время профсоюзы, был законопроект о повышении федерально установленной минимальной заработной платы, блокированный тогда руководством Республиканской партии в конгрессе. Начиная с апреля прошлого года АФТ-КПП выпустила целую серию тематических рекламных объявлений, в которых критиковались конгрессмены-республиканцы за нежелание проголосовать в пользу повышения минимальной заработной платы. И рекламные объявления прекрасно сработали. В течение последующих нескольких недель 22 недавно избранных в конгресс республиканцев - включая 16, которые считались демократами особо уязвимыми, - отошли от позиции, занимаемой спикером Гингричем по этому вопросу.

Рекламная кампания, проведенная АФТ-КПП, заложила основу для аналогичных действий групп, подобных группе Эрлука. Организованная «Ситизен экшн» рекламная кампания в прессе, а также рассылка писем американцам и телефонные звонки, на что в совокупности было истрачено 7 миллионов долларов, обрушилась на позиции республиканцев по таким вопросам, как «Медикэйр», охрана окружающей среды и сокращения расходов на нужды образования.

Защитники окружающей среды также влезли в драку. Комитет политических действий Сьерра-клуба, например, израсходовал 750.000 долларов на поддержку кандидатов в ходе проходивших в 1996 году выборов в конгресс - почти в два раза больше, чем в 1994 году. Но эта сумма не идет в никакое сравнение с 3,5 миллиона долларов, которые клуб дополнительно истратил на тематические рекламные объявления, плюс еще 3 миллиона долларов ушли на рассылку писем с наставлениями избирателям.

Слушая Доводы Республиканцев с Капитолийского холма

Раннее наступление групп особых интересов ошеломило республиканцев. Исполнительный директор организации Христианская Коалиция Ральф Рид вспоминал, как в апреле 1996 года он побывал на севере штата Нью-Йорк и в течение получаса увидел четыре рекламы, которые финансировались профсоюзами. Рид был поражен, но посчитал столь раннюю рекламную кампанию стратегическим просчетом, как он сказал одному из коллег это - «растранжиривание денег, которые могут понадобиться позже».

И в то же время члены конгресса от Республиканской партии, обеспокоенные натиском крупных профсоюзных и других групп, пытались найти поддержку. Раздававшиеся с Капитолийского холма призывы о помощи осложняли проблемы, стоявшие перед Национальным Комитетом Республиканской партии (НКРП). Председатель Комитета Хейли Барбур уделил большое внимание тому, что он назвал «междуцарствием» - длительному перерыву между тем, когда Доулу удалось эффективно занять лидирующее место среди претендентов на пост президента от Республиканской партии в апреле, и его официальным выдвижением в качестве кандидата партии на национальном съезде республиканцев в августе.

После съездов партий каждому кандидату полагалось получить 62 миллиона долларов из федеральных фондов. Ни для кого не было секретом, что у Доула, потратившего крупную сумму в ходе первичных выборов, будет пустая касса весной и в начале лета.

Позднее Барбур, выступая в штате Миссисипи, заметил, что демократы явно намеревались собрать «достаточно денег для того, чтобы зажарить целого осла... У них была такая куча денег, что цирковая собака не смогла бы через них перепрыгнуть. Мы должны были что-то сделать, чтобы поддержать нашего кандидата».

В результате оборонительная стратегия НКРП удивительным образом напоминала запланированное наступление демократов: собрать достаточно денег для развертывания тематической рекламной кампании, которая бы заполнила эфир до того момента, как в середине августа можно было бы получить деньги из федеральных фондов. Ко дню выборов НКРП соберет в общей сложности больше денег наличными, чем их соперники-демократы.

Чтобы самим не переступить закон, НКРП наблюдал за тем, как демократы раздвигали рамки, установленные федеральным законом. «Мы играли по правилам, установленным демократами и АФТ-КПП, - отметил директор по связи НКРП с общественностью Эд Гиллеспи. - А Федеральная Избирательная комиссия своим молчанием потакала им».

Пожалуй, самым явно ориентированным на кандидата рекламным «тематическим» роликом за всю избирательную кампанию, был оплаченный Национальным Комитетом Республиканской партии 60-секундный ролик, подготовленный рекламной командой Доула из материала, первоначально снятого для кампании Доула. В этом ролике, названном «История», 56 секунд были посвящены биографии Доула, оставшиеся 4 секунды - его позиции по разным вопросам.

Эту иронию - а как считают некоторые, абсурдность, ситуации, когда создаются рекламные ролики, которые предположительно должны были быть тематическими, а на самом деле представляли в выгодном свете кандидата, не могли не заметить должностные лица в НКРП и избирательной команде Доула. В соответствии с федеральными правилами, как их трактовали республиканцы, в тематическом рекламном ролике нельзя упоминать должность, на которую баллотируется кандидат, и в тексте должно говориться о вопросах, которые обсуждает конгресс. И, тем не менее, даже эти минимальные требования раздражали некоторых советников Доула.

«Единственное, о чем нужно было беспокоиться, - чтобы в ролике не было рекламы Доула, а команда Доула хотела, чтобы в роликах как можно чаще мелькало лицо Доула, поэтому мы очень часто сталкивались с нелепыми ситуациями, - отметил главный юрисконсульт НКРП Дэвид Норкросс. - Они нам приносили на одобрение ролики, в которых кто-то произносил: «Выбирайте Боба Доула». В одном из роликов мы увидели прикрепленный на подиуме плакат с надписью «Выбирайте Боба Доула».

По словам Норкросса, он, тем не менее, чувствовал себя уверенно, когда одобрил ролик Доула «История». «Почему биография кандидата не может быть очень важным вопросом?» - настаивал он позднее.

Соревнуясь с Клинтоном, Доул в апреле перевел свою команду по сбору средств в Национальный Комитет Республиканской партии и быстро начал набирать большие суммы «бумажных» денег. Партия получила рекордные суммы от телекоммуникационных, табачных и фармакологических компаний, которые добиваются послаблений от требований федеральных законов. В период между концом мая и датой проведения съезда Республиканской партии, НКРП истратил почти 18 миллонов долларов на показ по телевидению ролика «История» и других подобных рекламных роликов, что составляет большую часть от 24 миллионов долларов, затраченных партией на тематическое рекламирование в течение всей кампании.

Республиканцы также получили выгоду от помощи со стороны групп особых интересов. Встревоженные рекламным залпом АФТ-КПП, Торговая палата США возглавила попытку деловых кругов нанести ответный удар своими тематическими рекламными роликами. Однако эти новые усилия позволили собрать всего 5 миллионов долларов, в то время, как АФТ-КПП выделило на телерекламу 25 миллионов долларов. Палата истратила дополнительно 2 миллиона долларов из своего собственного сундука на рекламные ролики, касающиеся программы «Медикэйр» и призванные противодействовать тому, что палата называла профсоюзной тактикой запугивания.

Действуя в том же духе. Гравер Норквист, союзник Гингрича и президент организации Американцы - за Налоговую Реформу, заявил, что его имеющая штаб-квартиру в Вашингтоне организация сделала 4 миллиона телефонных звонков и разослала 19 миллионов писем с предупреждением к избирателям не игнорировать утверждения демократов, касающиеся сокращений программы «Медикэйр». Согласно данным Федеральной Избирательной комиссии, в значительной степени эта акция Норквиста финансировалась за счет поступления 4,6 миллиона долларов от НКРП в октябре 1996 года. По словам Барбура, при проталкивании какого-либо политического послания у избирателей группы типа той, которую возглавляет Норквист, «пользуются большим доверием», чем сами партии.

В штаб-квартире НКДП председатель Фаулер наблюдал за тем, как разворачивается рекламная кампания республиканцев и, по его признанию, был шокирован увиденным, особенно его поразил ролик Доула «История». «Да, они действительно пересекли черту», - подумал он тогда.

Но демократы были полны желания пойти даже дальше, чем просто ответить огнем на огонь. Юристы НКДП, следуя правовой логике избирательной кампании 1996 года, пришли к выводу, что в тематической рекламе демократической партии можно продолжать упоминать Доула даже несмотря на его уход с поста лидера республиканского большинства в сенате, потому что послужной список Доула-Гингрича - это незакрываемая законодательная тема.

«Президент запрещает смертоносное стрелковое оружие, - утверждалось в одном ролике, который демонстрировался в июне. - Доул-Гингрич проголосовали против... Сейчас Доул уходит со своего поста, оставляя за собой тупиковую ситуацию, которую породили он и Гингрич».

Открывая Огромный Финансовый Канал

По мере того, как кампания 1996 года набирала летом обороты. Верховный суд своим решением способствовал еще большему доступу денег в избирательный процесс.

В соответствии с федеральным законом, партии в течение ряда лет были ограничены в том, сколько денег они могли влить в избирательные кампании конкретных кандидатов в члены палаты представителей или сената. Однако суд в своем решении по делу, в которое было вовлечено отделение Республиканской партии в штате Колорадо, открыл новый путь, по которому от партий могли поступать деньги в избирательные кампании кандидатов в члены конгресса. Этим постановлением партиям разрешалось тратить неограниченные суммы в ходе борьбы за места в конгресса при условии, что эти деньги поступали от источников, никак не связанных с кандидатами.

Идея о том, что партии могут быть разлучены с кандидатами, которых они помогали пестовать, которым давали советы и финансировали, буквально сразила политиков-профессионалов. Однако Федеральная Избирательная комиссия, к которой обратились за помощью в дальнейшей интерпретации судебного решения, зашла в тупик, разделившись строго на два лагеря по партийной принадлежности, что позволило партиям поступать так, как им это было удобно.

Судебное решение и отсутствие какой-либо реакции со стороны Федеральной Избирательной комиссии открыли шлюзовые ворота для вливания дополнительных наличных миллионов долларов в избирательную кампанию. Например, 1 августа комитет Республиканской партии по выборам в сенат учредил отдельный офис в Вашингтоне в одной миле от штаб-квартиры НКРД. По этому «независимому» каналу было израсходовано 10 миллионов долларов в течение последующих трех месяцев, причем деньги собирались в ходе очередной вечеринки, устроенной для привлечения средств в избирательный фонд; в штатах, таких как Вайоминг, где независимый комитет Республиканской партии израсходовал 1 миллион долларов, эта сумма превышала ту, которую потратил на свою кампанию кто-либо из кандидатов.

Точно так же, как республиканцы фактически повторили все действия, предпринимаемые демократами в их якобы независимой кампании в ходе президентской гонки, сейчас демократы повторяют действия республиканцев в создании дорогостоящей якобы независимой сети для поддержки своих кандидатов в конгресс с помощью тематических рекламных роликов. Демократы, которые даже не посчитали нужным открывать отдельный офис, уже истратили на поддержку своих кандидатов таким путем 1,4 миллиона долларов.

К тому времени, как 5 ноября судьбу выборов должны были решить избиратели, стало ясно, как отметил один высокопоставленный демократ, что вследствие беспрецедентных затрат на кампанию 1996 года «колеса оказались впереди машины».

Высказываются разные мнения относительно того, в какой степени деньги предопределили исход выборов. Как утверждал Моррис, рано начатая Национальным Комитетом Демократической партии рекламная кампания была наиболее важным фактором в обеспечении гарантированной победы Клинтона-Гора. Некоторые высокопоставленные деятели Демократической партии с этим не соглашаются.

Республиканец Барбур высказывает сожаление по поводу того, что НКРП израсходовал летом 18 миллионов долларов на рекламную кампанию. По его словам, было бы лучше, если партия смогла бы побольше сэкономить денег в ходе имевшего тогда место 11-часового наступления на демократов. «Если бы у меня была одна возможность изменить что-то в кампании 1996 года, - сказал Барбур недавно, - то это касалось бы решения о расходах (денег). Я бы хотел получить назад половину той истраченной суммы».

Однако в то время, как конгресс ведет дискуссии о том, стоит ли исправлять систему и как это сделать, сами политические игроки готовятся к следующей войне. Например, Норквист и лидеры деловых кругов, придерживающихся консервативных взглядов, говорят, что они планируют сформировать еще большие фонды для противостояния ожидаемому в ходе промежуточных выборов в конгресс 1998 года наступлению профсоюзов на контролируемые республиканцами палату представителей и сенат.

Как считает Дебора Каллахэн, возглавляющая Лигу Консервативных Избирателей, которая затратила 1 миллион долларов в избирательной кампании 1996 года, массированные, нерегулируемые расходы, свидетелями чего мы стали прошлой осенью, - знак будущего.

По предсказанию Каллахэн, в кампании 1998 года «все начнут еще раньше и будут делать это громче».

При подготовке этого материала помощь оказывала штатная сотрудница газеты «Вашингтон пост» Элис Крайтс.

СТРЕМИТЕЛЬНО РАСТУЩИЕ РАСХОДЫ

Расходы на федеральные избирательные кампании утроились за последние 20 лет, даже с учетом инфляции.

Всего за каждый двухгодичный избирательный цикл1

в миллиардах долларов 1996 года

1995-1996 гг.: $2,65 миллиарда

В избирательном цикле 1995-1996 годов национальные партийные комитеты Республиканской партии истратили во много раз больше, чем демократы.

Расходы партии, в миллионах

«Жесткие» деньги»

«Мягкие» деньги

Демократы $198,7 $117,5

Республиканцы $400,6 $141,2

ИСТОЧНИК: данные Федеральной Избирательной комиссии по состоянию на 25 ноября 1996 года

ДВЕ ПАРТИИ, ОДИН КУТЕЖ

Выборы 1996 года - самые дорогостоящие из всех, когда-либо проводившихся: было истрачено 2,7 миллиарда долларов политическими партиями, кандидатами и группами особых интересов. И демократы, и республиканцы стремились получить пожертвования в виде «мягких» денег, которые не подпадают под федеральные ограничения и могут тратиться на партийные мероприятия и рекламу при условии, что в этой рекламе не содержатся явно выраженные призывы поддержать какого-либо кандидата. Партиям удалось собрать в три раза больше «мягких» денег, чем в избирательной кампании 1992 года.

ДЕМОКРАТЫ

Мозговой трест администрации, борющейся за переизбрание, принял решение начать наступление на республиканцев за более чем год до дня президентских выборов. Демократы решили не ограничиваться использованием обычных политических методов ведения кампании, когда избиратели открыто призываются голосовать за или против какого-то кандидата, и сделали упор на «тематической рекламе», рекламных роликах, которые могли быть оплачены Национальным Комитетом Демократической партии вместо избирательной команды Клинтона-Гора. В действительности же, большинство оплаченных НКДП тематических рекламных роликов выглядело и звучало как рекламные объявления избирательной команды для всех, кроме юрисконсультов самой команды.

По воспоминаниям одного их старших советников Клинтона, Моррис настаивал на том, что «мы должны тратить 1 миллион, 2 миллиона долларов в неделю. Мы должны продолжать тратить, должны искать деньги».

Дональд Фаулер, бывший в то время председателем Национального Комитета Демократической партии, высказал мнение, что «единственным способом контроля над воззваниями является их покупка».

РЕКЛАМНЫЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ КЛИНТОНА

По существу Национальный Комитет Демократической партии в ходе избирательной кампании стал частью команды Клинтона-Гора, и общественность с большим трудом могла бы отыскать различия в их политических рекламных объявлениях. Рекламная группа Клинтона, например, использовала съемочный материал с президентом в Овальном кабинете как в июне 1995 года для ролика, оплаченного командой Клинтона-Гора, так и в выпущенном в октябре 1995 года ролике под названием «Эмма», который был оплачен НКДП и затрагивал такую тему, как защита программы «Медикэйр» в борьбе с конгрессом за сбалансированный федеральный бюджет.

РЕСПУБЛИКАНЦЫ

Национальный Комитет Республиканской партии знал, что Роберт Доул, избирательные фонды которого иссякнут в жесткой борьбе в ходе первичных выборов, окажется с пустой кассой весной и в начале лета. Поэтому партия намеревалась собрать достаточно денег для того, чтобы заполнить эфир тематической рекламой в период между апрелем, когда Доул эффективно занял место лидера среди претендентов республиканцев, и августом, когда он стал бы официальным кандидатом партии на пост президента и мог получить деньги из федеральных фондов.

Хейли Барбур, председатель Национального Комитета Республиканской партии отмечал, что у демократов «была такая куча денег, что цирковая собака не смогла бы через них перепрыгнуть. Мы должны были что-то сделать, чтобы поддержать нашего кандидата».

Ян Бэрэн, известный юрист-республиканец, занимающийся выборами, считает, что неограниченное расходование средств на проведение избирательных кампаний - это способ вовлечения избирателей в более активные дебаты по важным вопросам. Он сравнил снятие ограничений на расходование денег с «окончанием нашего эксперимента с запретом на продажу спиртных напитков».

РЕКЛАМНЫЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ДОУЛА

Национальный Комитет Республиканской партии оплатил 60-секундный ролик под названием «История», в котором 56 секунд были посвящены биографии Доула, а оставшиеся 4 секунды - его позиции по разным проблемам. Созданный рекламной командой Доула на основе материала, первоначально снятого для избирательной кампании Доула, этот ролик был, пожалуй, самым явно ориентированным на кандидата рекламным «тематическим» объявлением, запущенным в эфир политической партией.

ФИНАНСИРОВАНИЕ ИЗБИРАТЕЛЬНОЙ КАМПАНИИ

За всей этой драмой стоят несколько основополагающих правил.

Одно федеральное ведомство отвечает за то, чтобы эта система работала

Состоящая из шести членов Федеральная Избирательная комиссия была учреждена в 1974 году для осуществления контроля над претворением законов о выборах в жизнь и обнародования информации о деньгах, собранных и потраченных ради кандидатов в президенты и члены конгресса. Комиссия также управляет фондом, в который поступают деньги налогоплательщиков в виде добровольных пожертвований. За счет этого фонда частично обеспечивается общественное финансирование президентских первичных выборов, партийных съездов, на которых выдвигаются официальные кандидаты в президенты, и финансовая поддержка кандидатов в общенациональных выборах.

Пожертвования в федеральные кампании ограничиваются законом

Жертвователи могут передать определенную сумму «жестких» денег в фонды кандидатов, партий или политических комитетов. Корпорациям и профсоюзам запрещено вносить пожертвования непосредственно в фонды избирательных кампаний. Закон, однако, разрешает им формировать комитеты политических действий (КПД), через которые сотрудники корпораций или члены профсоюзов могут жертвовать деньги кандидатам.

О всех пожертвованиях в виде «жестких» денег следует сообщать в Федеральную Избирательную комиссию и их сумма ограничена:

от частных лиц от КПД

каждому кандидату $1.000 $5.000

на каждые выборы на каждые выборы

общенациональной партии $20.000 $15.000

в год в год

комитету политических действий $5.000 $5.000

в год в год

Всего в год $25.000 Без ограничений

Однако некоторые виды пожертвований

НЕ ПОДПАДАЮТ ПОД ОГРАНИЧЕНИЯ

Частные лица, корпорации и профсоюзы могут жертвовать национальной партии столько «мягких» денег, сколько они желают. Эти деньги нельзя тратить напрямую для поддержки кандидата в федеральных выборах, но их можно использовать для оплаты административных расходов и для мероприятий по «партийному строительству», например, поездки с призывами прийти на избирательные участки.

В ходе выборов 1996 года обе партии потратили миллионы «мягких» денег для создания и выпуска в теле- и радио эфир тематических рекламных объявлений. В этих роликах обсуждались проблемы, которые пытались решить законодатели - и даже содержались нападки на позиции кандидата по тем или иным проблемам, - но в них было запрещено включать призывы голосовать за или против какого-то определенного кандидата. Партии использовали тематическую рекламу особенно агрессивно в 1996 году. Равно как и группы особых интересов, которым не нужно было сообщать в Федеральную Избирательную комиссию, откуда они получили деньги или как они истратили деньги.

Частные лица и комитеты политических действий могут нести неограниченные самостоятельные расходы в ходе кампаний по поддержке какого-либо кандидата или против него при условиях, что они делают это без согласования с кандидатом или партией и что они сообщают о затраченных суммах Федеральной Избирательной комиссии.

Некоторые виды пожертвований

ЗАПРЕЩЕНЫ

Пожертвования от частных лиц, которые не являются гражданами США или которые незаконным путем смогли получить вид на жительство.

Пожертвования от имени чужого лица или организации.

Пожертвования наличными деньгами суммой свыше 100 долларов.

Пожертвования от детей, не достигших 18-летнего возраста, если только ребенок сам не контролирует как деньги, так и процесс принятия решения о пожертвовании. Пожертвования нельзя делать из сумм, вырученных за подарки.

Пожертвования, сделанные напрямую кандидатам корпорациями или профсоюзами.


1 Здесь и далее данные должны располагаться в таблице, которая не отразилась в документе, полученном из Интернета. Оригинал статей в начальном виде можно получить в Интернете по адресу: http://www.washingtonpost.com/wp-srv/Wplate/1997-02/09/125L-020997-idx.html+ (Прим. переводчика)

«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2020  Карта сайта